Потом мы занимались еще много чем. Прошло часа три или четыре. К Лиду мы заглядывали за это время раз десять и каждый раз видели одну и ту же картину. То один, то другой из обучаемых стоял возле стола и пыжился, пытаясь изничтожить ползущего по нему жучка. Король сидел по другую сторону, подперев рукой голову, и, когда жук подползал к нему близко, щелчком пальца отправлял его обратно к ученику. В конце концов Натка сказала, что у нее устали ноги, и присела отдохнуть на разрушенную лестницу, а я в очередной раз потащилась смотреть, как у короля дела, хотя надежда моя на благополучный исход эксперимента уже, честно говоря, изрядно подтаяла.

В комнате я появилась в драматический момент: Мад, отчаявшись распылить жучка колдовством, попытался втихую придавить его, за что Лид жестом рассерженной матери хлопнул варсота по руке.

— Ты чего это?! — заорал здоровенный Мад, сжимая кулачищи и явно намереваясь стукнуть Лида. Но что-то в короле остановило его: скорее всего, полное отсутствие страха и брезгливое спокойствие, отражающееся на Лидовом лице.

— Ничего, — помолчав, сказал король. — Значит, обучить можно не всех. Идите.

Мад, Литса и Вург кивнули, попятились и вымелись из комнаты с плохо скрываемым облегчением. Уже за дверью мы ясно расслышали громкое Литсино восклицание:

— С ума он совсем сошел: все утро сидеть жуков давить!

— Как видишь, Соня, ничего не выходит, — взглянув на меня, сообщил король чуть ли не со злорадством в голосе. Его вредное настроение тут же передалось мне, и я с ходу отпарировала:

— Ну конечно, а ты, небось, и рад? Тебе и обучать-то их невыгодно: вдруг они правда обучатся, и ты тогда не сможешь все время говорить, что высокородные во всем лучше простолюдинов!

— Соня, ты намекаешь, что я намеренно плохо обучал их? — возмущенно вскинул голову король.

— А я не намекаю, я так прямо и говорю! — заорала я наполовину по-русски, наполовину по-варсотски. — Ты вообще за это взялся, только чтобы я отвязалась! Или чтобы доказать мне, что, кроме тебя и Сьедина, других таких сокровищ на свете нет!!!

— Какая моя вина в том, что они необучаемы?! — тоже повысил голос Лид. — Да, мне изначально было известно, что набирать силу могут лишь высокородные, но ты просила меня проверить, я тебе не отказал!

— Ага, так проверить, чтобы наверняка ничего не вышло! Да если бы меня обучали с таким лицом, я бы до сих пор читать не умела!

— При чем здесь лицо? Мне что, нужно было исполнять перед ними песни? Ой, цветет калина?!

Тут мы оба замолкли от хлопка двери: вошла Натка.

— Орете, аж снизу слышно, — сообщила она укоризненно. — На минуту оставить нельзя. Имей в виду, Сонька, тебе выгонять его уже теперь некуда.