– Отпусти, не люблю тебя больше! Бубли-и-и-к!

Дельфинёнок истошно засвистел и кинулся к берегу. Взрослые дельфины преградили ему путь и носами принялись подталкивать в сторону уносящегося вдаль косяка собратьев. Тайгета и Игорь бросились им на помощь. Вытолкав Бублика на глубину, они помчались к кораблю. «Звезда Атлантиды», плавно оторвавшись от водной поверхности, медленно поднималась над Атлантикой. Неведомая сила подхватила небожителя и кариатиду и бережно понесла по воздуху в сторону судна. На корме, не спуская с них взгляда, стоял Ра-Та. Тысячи птиц, сбиваясь в стаи, с пронзающими душу криками неслись в сторону поднимающегося над горизонтом солнца. Из потемневших глаз кариатиды текли слёзы.

– Я думал, ты не умеешь плакать, – тихо сказал Игорь.

– Я тоже так думала до сегодняшнего дня… – прошептала та в ответ.

Они медленно опустились на корму рядом с Ра-Та. Маленькая Агата, уткнувшись в плечо отца, горько всхлипывала. Увидев мать, она потянула к ней ручки.

– Мама! Мой друг Бубли-и-и-к… – жалобно произнесла она и вновь разразилась потоком слёз.

– Жизнь так устроена, доченька, – прижав к себе малышку, утешала её Тайгета. – И очень часто она проверяет нас на прочность, забирая самое дорогое.

У Игоря защипало в глазах, в горле стоял ком. Он отошёл в сторону, чтобы они не увидели выступивших слёз.

«Что ты, как девчонка, нюни распустил», – разозлился он на себя.

Сто метров, двести, пятьсот… Попрыгунчик, зажмурившись, крепко вцепился в свою бутылочку с чернилами. Шкурка зверька всё чаще мерцала красными пятнами. Корабль медленно поднимался выше и выше. К Игорю подошёл Майюм.

– Небожитель, а может, всё обойдется? Может, Попрыгунчик просто чернил объелся? – с надеждой спросил он. И в этот момент зверёк сделался совершенно красным.

Вдруг стало происходить что-то невообразимое. Небесный свод окрасился в медно-красный цвет. Ветер затих, наступила звенящая тишина. Внезапно раздался чудовищный грохот, и вместе с ним, казалось, вздрогнула земля. С востока подул ураганный ветер. На Атлантиду двигалась огромная чёрная туча. Ещё миг – и она закрыла собой небо. Из ужасающего грозового облака, освещаемого пульсирующими дёрганными вспышками света, одна за другой посыпались молнии. Снизу послышались глухой треск и гул: чудовищной силы ветер ломал и с корнем выдёргивал многовековые баобабы.

– Закрыть «Звезду» сферой! – пронёсся над кораблём раскатистый голос Ра-Та.

Прозрачный купол накрыл летучий корабль, но даже через него до перепуганных атлантов доносился грозный рокот стихии. Под кораблём как на ладони лежала Атлантида, сияя в последних лучах поглощаемого тьмой солнца. Громадные трещины поползли по острову, разрывая дома и поглощая всё на своём пути. Из разломов огненными гейзерами вырывалась раскалённая лава. Бушующие ветра и смерчи, словно озверев, с корнем вырывали деревья, выворачивали и скручивали мосты, подкидывали мраморные статуи, срывали, точно былинки, крыши с домов. Тяжёлые золотые ворота, некогда служившие входом в священный город, вращались в тёмной воронке, словно пёрышко на ветру. На месте величественного храма Посейдона лежали груды развалин.