— Очень.
— Как вы познакомились?
— В городской библиотеке. Оба искали одну и ту же книгу.
— И нашли друг друга.
— Это случай. Или чудо… Я прибыл на место всего несколько дней назад, как раз достаточно, чтобы вжиться в роль и понять дикую жизнь в то отдаленное время. Но для меня все было единственной реальностью. Поскольку задание было долгосрочным, составители легенды полностью позаботились о моем слиянии с окружающей эпохой. Личность Джима Келли, чертежника, заняла 99 процентов моего сознания. Оставшийся процент, представляющий понимание подлинной функции в качестве агента Пекс-Центра, затаился в самом скрытом уголке мозга и проявлялся лишь в неясном, настойчивом напоминании о целях и задачах, несоизмеримых с обыденностью существования в древнем Буффало. То был лишь смутный намек на роль, которую я играл в великих делах. Я не отдавал себе отчета в происходящем, когда встречал Лайзу, принялся ухаживать и завоевал ее, вошел в жизнь ее на короткое время, как случайный путник, в ту темную и варварскую эпоху. Когда я женился, то сделал это с намерением прожить в радости или горе, бедности или богатстве всю жизнь, пока смерть не разлучит нас. Но разлучило нечто более неотвратимое, чем смерть. И по мере того как приближалась развязка, необходимые сведения всплывали из забытья и пробуждали знание истинного положения. Конфронтация с каргом завершила процесс.
— Все-таки это действительно случай, — вставила Меллия. — Даже если она это я… находилась там по другой причине и не знала о вашей работе…
— Не защищай ее, Меллия. Она не виновата.
— Хотела бы я знать, что произошло дальше…
— Я бы вернулся и не застал ее дома. Она бы возвратилась на базу, выполнив задание.
— Нет! Любовь не могла быть заданием…
— Она просто не ведала этого, как и я, руководствовалась самыми благими намерениями. Белым воротничкам в Пекс-Центре виднее.
— Замолчи, — мягко прерывая меня поцелуем, Меллия крепко приникла ко мне своим стройным нагим телом.
— Я ревную к ней, — шептала она. — Она — это я.
— Ты мне нужна, Меллия. Каждая моя клеточка стремится к тебе. А то… Я просто не могу вспоминать.
Смех, похожий на рыдание, сорвался с ее губ.
— Ты обнимаешь меня и думаешь о ней. Ты изменяешь ей со мной…
Она умолкла и прикрыла ладошкой мой рот.
— Не надо, не пытайся объяснить, Рейвел. Ты не в силах ничего изменить и не можешь помочь. Ты любишь меня… Я знаю…
И на этот раз мы пересекли вершину страсти. Меллия сделала, казалось, невозможное, мир взорвался и швырнул обоих вглубь бесконечного туннеля, во мглу и безмолвие.