Удача нам улыбнулась. Выход на крышу был открыт. У железной двери стоял открытый чемоданчик с инструментами. Громыхая по железным ступенькам, Гоблин взлетел наверх, проскочил захламленное пред лифтовое помещение, через узкий люк выбрался на крышу и исчез в темноте. Я полез за ним.

- Да живее ты.

Он ухватил меня за капюшон толстовки, рывком вытаскивая на длинную крышу, покрытую лесом радиомачт и паутиной проводов. Где-то вдалеке метались лучи фонариков. Рядом с входом суетился парнишка в форме кабельной компании, тихо матерясь и распутывая какие-то кабеля.

- Сейчас они прочешут подъезд. От подвала до крыши, – пытаясь восстановить дыхание, сбивчиво сипел Гоблин. – Путь у нас отсюда два: в тюрьму, или...

Он подошел к мачте, закрепленной у парапета, и подергал прикрепленный к ней черный оптоволоконный кабель, уходивший в темноту, к соседней пятиэтажке.

- Хорошо натянут. Только бы анкера выдержали.

- Выдержали что? – спросил я, пока еще не совсем понимая, что решил сотворить мой безумный друг.

- Прокатимся с ветерком, - ответил Гоблин, крепя что-то на черном кабеле. – Секунда – и мы уже на другом доме.

Отчего-то эта идея мне не понравилась. От слова совсем:

- У тебя совсем бак засвистел?

- Или по кабелю, или сразу вниз. Хватайся. Ты первый, я за тобой.

На кабеле уже висел спиральный зажим, какими обычно крепят оптический кабель к анкерам. Я ухватился за края косички, подходя к краю парапета. Ноги предательски тряслись, руки вцепились в металл так, что побелели костяшки. Грела меня только одна мысль: лучше улететь вниз с высоты и сразу разбиться насмерть, чем вернуться в тюрьму.

- Держись крепче и не смотри вниз.

Резкий толчок в спину – и в лицо ударил резкий порыв ветра.

- Встретимся на той стороне, - донеслось мне вслед.

Я полетел между домами по гудящему от натяжения тросу. За спиной раздался крик. Я обернулся. Паренек, что недавно распутывал кабеля, указывал на меня рукой и что-то кричал Гоблину. Ветер рвал разговор, донося до меня отдельные слова.

- Так не уходи далеко…. Может и еще одна авария будет, - донеслись до меня слова Гоблина.

Крыша пятиэтажки приближалась. И едва под моими ногами мелькнул черный рубероид, я отпустил косичку. Пробежал несколько шагов вперед, гася энергию полета. А трос уже гудел, перевозя Гоблина.

- Это круче тарзанки, - весело крикнул он, едва приземлился рядом. Торопливо сорвал оба зажима с кабеля, забирая их с собой. – К торцу. Там должна быть лестница.

«Он точно ебнутый», - мелькнуло у меня в голове.