Муссолини широко раскрыл глаза. Видно было, что он доволен, хотя и несколько удивлён. Тогда он сообщил мне действительную причину вызова, но высказал её в форме предложения:

— Кризис неотвратим. Вы, вероятно, станете преемником Бадольо.

Ночью подморозило, под утро окрестности Корчи слегка припорошило снежной крупой. На белесой поверхности танковые гусеницы оставляют длинные спаренные следы – тёмные полосы на белом расходятся, сходятся, накладываются одна на другую, пересекаются, разделяются и выстраиваются почти параллельно друг другу. С этого места картина при взгляде сверху, должно быть, напоминает страницу школьной тетрадки в линейку.

Михаил помотал головой — какие только мысли не приходят в голову перед атакой! В прицельной панораме раскачиваются ползущие навстречу дома, кусты и деревья. Трёхбашенный Т-28 танк длинный, небольших ям и канав не замечает, а вот любая кочка сбивает прицел. Бить из пушки придётся с коротких остановок — всяких бугорков, брустверов и насыпей впереди множество.

До сложенных из дикого камня домов Корчи почти пять километров, несколько линий окопов и жидкое заграждение в несколько рядов колючей проволоки, что кое-как висит на неровно вбитых кольях.

На обозримом пространстве артиллерийских орудий противника нет. Значит, спрятаны за домами и заборами.

Фунтиков выбрал в качестве ориентира приметное здание:

— Гриша, тёмный двухэтажный дом, крыша не рыжая, а серая, видишь?

— Вижу, товарищ командир, — в наушниках голос мехвода узнать трудно — ларингофон снимает колебания с горла говорящего, звук получается неестественный. Зато посторонние шумы не передаются.

— На него держи.

— Понял!

Мир в прицеле слегка поворачивается — Белоконь выполнил команду. Ротный приоткрыл люк, чтобы убедиться — танки роты поправили курс, равняясь по командирской машине.

Вокруг итальянских окопов поднимается в воздух выброшенная взрывами земля — греческая артиллерия начала артподготовку. Бьют калибры от семидесятипяти и выше, стволов сто. Серьёзно, но разрывы всё равно не сливаются в одну сплошную стену — слишком широк фронт наступления, не хватает плотности для сплошного огневого вала. Но и то, что есть — очень неплохо. А ещё танки. Надо надеяться, здешние фашисты не крепче павлинов из «Чёрного пламени» или «Чёрных перьев», должны побежать — не марокканцы, те могли кинуться на танк в рукопашную.