Но потом появилась Надежда, а затем беременность Маришки. А об Грету как будто испачкался. Вот, он понял, почему ему стыдно. К Валентине у него было светлое нежное и трепетное чувство, а теперь он погряз в разврате, и не сказать, что был сильно против, как раз даже наоборот, но вот все это как то не сочеталось с его светлой стороной. Точно, Валя была его светлой стороной, а сейчас он жрал печеньки с вареньем на относительно темной. Он просто боялся посмотреть в ее чистые глаза. У него в душе прорастало давно забытое чувство, а именно страх. Степан резко вскочил, не приемлемо на его уровне развития чего-то бояться. В конце концов, со страхом, допустим, надо бороться. Поэтому он сейчас ее призовет, но просто так формируемая ментальная закладка ее от него не отпустит. Поэтому если не захочет с ним оставаться, отправит ее в госпиталь. Пускай учится и работает. Это в нем просыпаются остатки того самого слабого и рефлексирующего парня, который жрал водку и боялся выйти из дома, чтобы только не сталкиваться с реалиями этого жестокого мира. Но нынешний Степан ломает реальность под себя, он уничтожил почти полмиллиона человек собственноручно, и еще какая-то совесть смеет его грызть. Остатки меланхолии слетели с него как шелуха. Просто он устал сильно, со всем этим административным болотом построения нового государства с нуля. Сейчас он пойдет, призовет Валентину, а потом напросится к Нику-американцу в баню, и на поглумить проклятых насекомых.

Свои решения Степан не привык откладывать на потом, поэтому направился к Храму Возрождения. Через двадцать минут он был на месте. В его руке было два камня. Один средний — Вали и еще один легендарный Принадлежащий Еве Браун. Это была первая женщина, которую он убил собственноручно. Не стал грузить этим своих соратников. До сих пор, женщины если и погибали в его боевых операциях, то только случайно. Ни раненых, ни медсестер, ни просто женщин военнослужащих он старался не убивать. Их обычно захватывали в плен, а потом либо отдавали своим поселенцам, либо выменивал на ништяки у эльфов или американца. Стариков всех отправлял эльфам, те почему-то брали их с большим удовольствием, как и детей. Но детей, все же, старались с матерями не разлучать. Но Еву парень целенаправленно завалил, ради вот этого камешка. Вале он этого, конечно, никогда не скажет. Положив кучу камешков на алтарь, туда же он положил горку накопителей наполненных под завязку. Он их копил для улучшения круга призыва, но, так получилось, что теперь они ему уже не были нужны. Точнее нужны были, но их можно было спокойно пожертвовать на хорошее дело. Всего там было чуть больше десяти миллионов единиц маны, поверьте, это очень дохрена. С таким количеством можно целую область, в смысле его новую область замостить дорогами. И все это количество сейчас уйдет на его задумку.