Хороший гоблин – мёртвый гоблин, и не важно сколько ему лет.

Убедившись, что живых зеленокожих в пещере больше не осталось и решив, что порыться в трофеях можно и позже, я вернулся к Эйдре. Девушка уже успела развести огонь в небольшом костерке и сейчас сидела рядом с ним, устало опустив плечи. Фин-Фин и Вильен, выглядели уже не сломанными куклами, а вполне нормально, однако в себя ещё не пришли.

– Здесь чисто… – произнёс я, подходя и опускаясь на землю рядом с ней. – Как они?

– Всё уже хорошо, – девушка улыбнулась, а затем привалилась к поему плечу, и я слегка приобнял её за талию. – Я их вылечила, правда вся выложилась… теперь нужно подождать и дать им немножко поспать.

– Понятно… – вздохнул я. – Устала?

– Угу…

– Может тоже вздремнёшь? А я покараулю?

– Не… давай лучше поговорим.

– Давай, – улыбнулся я, покрепче притягивая её тёплое тело к себе. – Знаешь, а Аолейша и Марилэй, попались в лапы к гоблинам…

– Откуда ты знаешь? – удивилась она, а затем устроилась поудобнее рядом со мной, положив голову мне на ноги и держа в своих ручках мою ладонь. – Я только полежу немножко? Ладно.

– Сколько угодно, – ответил я. – А узнал я об этом… точнее догадался, потому что нашёл их «отражения» в «инкубаторе»…

Разговаривали мы довольно долго, а затем девушка пригрелась и действительно уснула, я же поглаживал её по волосам и только качал головой в такт своим мыслям.

Наверное, ни Фин-Фин, ни Вильен не знали, что та, кого они так упорно делили и добивались – внезапно, замужняя женщина, да ещё и мать двоих детей. В пятнадцать, отец Эйдры, островной барон, отдал совою единственную дочь замуж за своего соседа, урегулировав таким образом конфликтный вопрос касающегося какого-то там острова. Так – кочка, торчащая из воды с одной единственной пальмой.

Сделав молодой жене детей, муж, не дожидаясь их рождения фактически запер её в отдалённом особняке, сам продолжив жить на широкую ногу в столице своего баронства, а когда мальчики появились на свет – немедленно отнял их от молодой матери, отдав одного её отцу, а второго оставив при себе. Собственно – с тех пор она их не видела.

Живя фактически в одиночестве и обихаживаемая только немногочисленной прислугой, Эйдра внезапно для себя влюбилась в капитана стражи своего мужа, который стал часто наведываться к ней. Когда же она уступила и отдалась ему, он довольно быстро превратился в настоящего тирана, а через какое-то время и вовсе исчез.

Надо конечно сказать, что нравы на юге, а тем более на островах, куда как более вольные нежели в наших, более северных землях. Однако, когда явившийся в её особняк муж, обвинил её в измене и хохоча в лицо, сказал – что это он сам всё подстроил, а теперь обнаглевший капитан – кормит рыб на дне моя, после чего жестоко изнасиловал собственную супругу… она чуть было не наложила на себя руки.