Говоря это, я пару раз тряхнул его.

– Да! Эсток! Ваша Светлость… Простите! Прошу! – промямлил парень. – Я действительно не знал, что так получится… мне… мне попросту нужно было вызвать у неё сочувствие, вот я и… Этого не повторится, клянусь! Простите меня Ваша Светлость!

– А теперь знаешь! – я ещё раз стукнул парня об стену. – Ты мне Казанова задолжал две жизни и моё унижение. Начинай думать – чем будешь расплачиваться. И ещё – улаживай это дело со своей потаскухой, как хочешь! Мне эти проблемы не нужны. Ты меня понял?

– Понял… – прохрипел он, испуганно глядя на меня.

Вот, почему постоянно так случается, что если нормально относишься к некоторым людям, то даже в этом мири с жёстким социальным расслоением, они моментально теряют всяческие берега и вспоминают о них, если только как следует ткнёшь их носом в их собственное…

Так ли уж неправы те чванливые аристократы, которые сверх всякой меры кичатся собственным положением и презирают всех, кто стоит ниже их? Да – это на мой взгляд, выглядит мерзко… но заставляет окружающих априори относиться к ним с почтением и избавляет от таких вот придурков, автоматом превращая их в лизоблюдов, стоит только упомянуть разницу в титулах.

– Тогда, пшол отсюда… тварь! – рыкнул я с силой толкая Маера к двери.

Сам же, когда тяжёлая дверь с шумом закрылась за ним, тяжело дыша подошёл к окну и облокотился на подоконник.

Следовало как следует подумать, что делать дальше, если не удастся решить возникшую вовсе не по моей вине проблему мирным путём. Озлобленная и слетевшая с катушек баба в преподавателях мне была не нужна…

За спиной, тихо скрипнула дверь, и я резко обернулся.

– Эйдра? – удалённо произнёс я, глядя на грудастую островитяночку тихо проскользнувшую в раздевалку и закрывшую за собой дверь на засов. – Ты что-то…

Вместо ответа, она, подбежав ко мне, порывисто прильнула и впилась губами в мои, не дав даже закончить фразу. Поцелуй вышел долгим и очень страстным, а затем, не дав мне опомниться, девушка, всё так же молча, подтолкнула меня в сторону дивана, заставив сесть на него.

Сама же опустилась передо мной на колени, развела мне руками бёдра и быстро ловкими пальчиками расстегнула пояс и пуговицы ширинки.

От пришедшего за этим наслаждения, я аж застонал, чувствуя, как почти мгновенно уходит напряжение, раздражение и злость, после чего, расслабившись, отвалился спиной на мягкую спинку, гладя нежные почти чёрные волосы юной и очень старательной баронессы.

Глава 12. Оранжевые плащи Часть 4 + Отступление 2

Глава 12. Оранжевые плащи Часть 4 + Отступление 2