Впрочем, ближе к обеду, я был разбужен супругой, с суровым требованием, немедленно повторить все мои аргументы заново. А то она их, понимаешь ли – подзабыла. В общем, из постели в тот день мы выбрались только к ужину почти сразу же столкнувшись в коридоре с пунцовой Антуанеттой, которая, даже не поздоровавшись, убежала, гремя латами в свою комнату.

Ну а что… я надел только кожаные штаны и сапоги, сверкая голым торсом, а супруга вообще была только в неглиже из шелковистой ткани, под которым как я знал, ничего не было и мягких тапочках с плюшевыми заячьими ушками.

В конце концов, мы у себя дома, не смущаться же мне незваной гостьи, которая фактически переселилась в наш особняк со всеми своими вещами.

Впрочем, ситуацию более-менее объяснила Аналиси, щёчки которой тоже пылали румянцем. Оказывается контр аргументы Тиасель в нашем ночном диспуте, слышал весь особняк и мало кто смог нормально выспаться. Когда же началась вторая серия, Сабер и вовсе сбежал во двор и с тех пор в доме не появлялся. Ну а сейчас, когда мы спустились таки все голодные и довольные…

Вот и возник у всех девочек вопрос который заставил покраснеть уже нас и признаться честно поставил в тупик: «Это чтож такое нужно делать, что бы женщина «Так» сладострастно кричала?»

М-да… правда больше всего в этой истории мне было жалко Сабера, который с той ночи, мотивируя своё решения надобностями охраны особняка, переехал из своей комнаты в дворовую пристройку. Всё у него как-то не клеилось с моими кошкокроликами, а тут – такое звуковое сопровождение от господина и госпожи…

Ну и конечно – Антуанетта. О – да… гордая и независимая милитресса, одна из самых уважаемых студенток Академикума, вся из себя «Прекрасная и неприступная», да к тому же предмет воздыхания множества парней, в жизни оказалась смешливой и неуклюжей девчонкой, которая просто притягивает к себе неловкие, а порой и откровенно пикантные ситуации.

Причём, совершенно непонятно было, то ли она это делает специально, то ли действительно, сняв с себя латы и мужскую одежду, она превращается в этакое ходячее бедствие. Впрочем, она действительно сильно сдружилась с Тиасель и я бы совсем не против её присутствия, если бы не практически непробиваемая уверенность девушки, что у нас с ней по пьяни, что-то было…

Вздохнув, я подошёл к шкафу со стеклянными дверками и, достав из него бутылку вина, наполнил себе бокал, а затем со вздохом опустился в мягкое кресло.

В Академикуме… а что в Академикуме? Во-первых, подонок Маер – просто сбежал, напоследок, таки обрюхатив леди Марблет, да ещё и оставив ей прощальную записку, в которой говорил, как он её любит и извинялся за то, что обманул её, когда сказал, что я целенаправленно подставил его под удар гейтгоблина.