– Чимал! – раздался голос издалека. – Чимал! Мы знаем, что ты там. Тебе не удастся скрыться. Лучше сдавайся, мы ведь все равно тебя найдем. Выходи…

Чимал отошел еще глубже в заросли и не стал отвечать. Он знал так же хорошо, как и они, что пути к бегству нет. И все же он не сдастся, не позволит им себя терзать. Лучше уж он погибнет в болоте, но умрет целым. И сохранит свое сердце.

Когда небо начало темнеть, он стал осторожно продвигаться к краю болота. Чимал знал, что никто из его преследователей не останется ночью в воде, но в скалах на берегу его могла ждать засада. От боли и усталости было трудно думать, но составить какой-то план необходимо. Если он останется там, где вода глубока, к утру он будет мертв. Как только стемнеет, нужно выбраться в тростник у берега и решить, что делать дальше. До чего же трудно думать…

На какое-то время он, должно быть, потерял сознание, потому что, раздвинув пальцами свои воспаленные веки, увидел звезды. На небе не было уже отсветов заката. Это почему-то его встревожило – в своем одурманенном состоянии Чимал никак не мог сообразить почему. Ветер шевелил шуршащий тростник за его спиной, потом всякое движение прекратилось, и воздух заполнила вечерняя тишина.

И тут далеко слева от реки донеслось рассерженное шипение. Коатлики!

Он совсем забыл о ней! Быть у воды ночью и забыть о Коатлики!

Чимал остался неподвижен, парализованный ужасом, и вдруг на берегу раздались скрип гравия и торопливые шаги. Первой его мыслью было, что это Коатлики, затем он понял, что кто-то прятался в скалах, чтобы схватить его, если он выйдет из болота. Этот кто-то тоже услышал Коатлики и теперь спасался бегством.

Шипение раздалось снова, ближе.

Раз уж он находил убежище в болоте целый день и раз на берегу его ждет засада, почему бы снова не поискать спасения в воде? Чимал медленно отошел от берега, не думая о том, что делает: голос богини прогнал все мысли из его головы. Медленно и бесшумно он пятился, пока вода не дошла ему до пояса.

Коатлики появилась на берегу, обе ее сердито шипящие головы были повернуты к Чималу. Звездный свет бросал блики на ее раскрытые клешни. Чимал был не в силах смотреть в лицо собственной смерти: оно выглядело слишком устрашающим. Он глубоко вдохнул воздух, нырнул и поплыл под водой. От Коатлики, конечно, так не скроешься, но, по крайней мере, он не увидит, как она приближается к нему по воде, чтобы, подобно чудовищному рыбаку, выудить его оттуда.

Его легкие уже разрывались, а удара все не было. Когда Чимал оказался не в силах терпеть дольше, он поднял голову над водой – и увидел пустой берег. Издалека смутно доносилось эхо удаляющегося шипения.