— Меня убедили. Я доверяю товарищам по работе. Но и чутью своему я тоже доверяю. Поэтому хочу вас предупредить, Александр Игоревич. Заранее. Чтобы между нами потом не возникло разногласий…
Веточка укропа нацелилась в меня.
Ба-бах!
— Я буду внимательно следить за вашими действиями. Контролировать в мелочах. Отдачу на работе. Успехи и просчеты. Особенно — просчеты. Моральный облик. Если вы полагаете, что ваш моральный облик — не наше дело, вы сильно ошибаетесь…
Слова катились колесом с горы. Скакали плоской галькой по воде. Зубцами шестеренок цеплялись друг за друга. В них было мало смысла. Вы мне не нравитесь, Золотарь — вот и весь смысл. Угрожающий оскал стократ информативней этого монолога. Но скалиться лысый почитал дурной манерой.
Он даже улыбался. Тоже оскал, если вдуматься.
— Мы придаем большое значение этому проекту. Вы понимаете, что я имею в виду? Обойдемся без формальностей. С вас не станут брать подписку о неразглашении…
— Не поздно ли? — огрызнулся я.
В душе закипал чайник. Со свистком.
— Нет, не поздно. Кем вы были раньше? Рядовым нюхачом. Шестеркой, извините за вульгарность. Распусти вы язык… Кто вам поверит? Решат, что вы псих. Тем более, что именно такое впечатление вы и производите. Свяжись вы с прессой, выйди с заявлениями в интернет… И что? Еще один, сгоревший на работе. Жертва Черного Блоггера. Встанете в один ряд с беременными от пришельцев и гостившими в брюхе Лох-Несского монстра. Сейчас же — другое дело. Сейчас вы на должности. Это — статус. И мы…
Лысый закусил стебелек. Зеленая метелка свисала ниже подбородка. Очень белые, наверное, вставные зубы. Очень зеленый укроп. Очень характерный прикус.
— Мы категорически против вольностей среди ответственных сотрудников. Повторяю, обойдемся без подписок. Я беру вас на личный контроль…
— Как вас зовут? — спросил я.
— Это неважно.
— Важно. Вот вы обращаетесь ко мне по имени-отчеству. Чем я хуже?
— Это неважно, — с нажимом повторил лысый. — Мое имя вам ничего не скажет.
Все молчали, внимательно следя за нашим разговором. Как стая хищников, обступив двух драчунов. Нахмурился Чистильщик. Поджала губы Рита. Не моргал Ямпольский. Шашлычник у мангала — и тот затих, прикидываясь мебелью.
— Скажет, — возразил я. — Еще как…
Свисток взорвался от злости.