Вепперс остался смотреть на маленького чужака с разинутым ртом и провел в такой позе не меньше двух ударов сердца, прежде чем его посетила мысль, а не будет ли достойнее хлопнуться перед инопланетником в обморок.

— Ну что, доброго гребаного дня! — воскликнул Демейзен и обернулся к Ледедже. На его губах играла усмешка, постепенно преобразившаяся в широкую ухмылку.

Она посмотрела на него.

— Есть у меня такое чувство, что вести, которые ты считаешь великолепными, вряд ли покажутся такими уж добрыми кому-то еще.

— Какие-то психи строят целую кучу кораблей на Цунгариальском Диске! — провозгласил Демейзен, откидываясь в кресле. Глядя на единственный экран модуля, он продолжал улыбаться.

— И разве ж это хорошие новости?

— Нет. Это блядская катастрофа, — всплеснул руками Демейзен. — Помяни мое слово: отольются кошкам мышкины слезки.

— Так чего ты лыбишься?

— Так я не могу иначе! Для меня это естественно... Ну ладно, вообще-то могу, — сказал аватар и снова обернулся к ней. На сей раз лицо его выражало такую тоску, что ей немедленно захотелось подойти к нему, крепко обнять закованными в доспехи руками, похлопать по спине и заверить: все будет в порядке! И хотя Ледедже тут же сообразила, как легко ею манипулируют, она разозлилась не только на Демейзена, но и на саму себя. Аватар между тем отбросил деланную грусть и расцвел в прежней счастливой улыбке. — Я мог бы им помочь, — признал он, — я всего лишь не хочу этого делать. — Он снова всплеснул руками. — Да ладно тебе! Этот аватар, естественно, распознает мое эмоциональное состояние и отображает его в себе, если только я прямо не запрещаю ему это. А что бы ты предпочла? Чтобы я тебе лгал?

— Если впереди катастрофа, — начала Ледедже, пытаясь вложить в голос побольше льда и не заразиться очевидным энтузиазмом аватара, — чему ты так радуешься?

— Начнем с того, что не я ее вызвал! Она не имеет ко мне никакого отношения. А это всегда можно считать бонусом. Но ты пойми, мне с каждой минутой становится все очевидней, что назревает большая драка. Очень скоро начнется именно такая заварушка, для которых я и построен! Я не собираюсь тут распускать перья. Я просто радуюсь возможности вести себя так, как я хочу, солнышко мое, и это все! Я просто сгораю от нетерпения!

— Мы говорим о серьезном столкновении? — уточнила она.

— Да, да, да! — Радостное возбуждение Демейзена достигло предельной точки. Он снова всплеснул руками. Ей показалось, что ему понравился этот переоткрытый на ходу жест.

— Но погибнут люди.