- Та шо вы, товарищ майор, сей секунд сменю,- пообещал повар.- А каша вкусная, токмо дайте поостыть трошки, а то язык пожгете.

Олег поставил горячий котелок на грубо сколоченный стол.

- Садись-садись,- кивнул майор,- у нас без церемоний.

Вид с высоты тысячи двухсот метров открывался просто изумительный. Солнце простреливало долину насквозь, отражаясь в летящей по камням реке ослепительными бликами. Склоны светились необыкновенно-нежной зеленью, какой славятся только высокогорные альпийские луга. Над белым языком ледника высоко в небе неподвижно висел синеватый силуэт орла. Олег с неохотой повернулся и потянулся за ложкой.

- Да, позиция отличная. И пейзажи здесь замечательные,- кивнул майор.- Просто райский уголок, если бы не эта ерунда.

- Как давно у вас проблемы со связью?

- Странности заметили не так давно. Хотя выводы надо было сделать раньше. В последний месяц два героиновых каравана упустили. Люди все проверенные, надежные. А все-таки сдает нас кто-то. И самое странное. Собаки все дохнут. И лошади. Полковник отказался давать новых: все равно, говорит, больше двух дней не живут. А без лошадей и собак здесь, сам понимаешь, делать нечего.

- Скверно,- кивнул Олег, помешивая кашу.

- У тебя есть какие-то мысли на этот счет?

- Увы.

От солдатского стола донеслось бряканье котелка:

- Коваленко, вражина! Горчит, жрать нельзя! Коваленко!

Повар, пошатываясь, вышел из-за палатки, вытирая рот рукавом. На позеленевшем лице его проступила испарина. Левушкин схватил со стола оба котелка и швырнул их в пропасть.