Джамаль недоуменно приподнял бровь, Скиф остановился и посмотрел на девушку.

— Что ты ищешь, милая?

— Вот! — Она склонилась грациозным стремительным движением, выхватила что-то из пыльного покрова, выпрямилась, протянула Скифу. — Твой талисман! С огненными са-ла-ман-драми!

— Как ты нашла его, девочка? — Глаза у компаньона Джамаля раскрылись шире рта, да и сам звездный странник был удивлен: казалось, легче отыскать иголку в стоге сена.

Но Сийя лишь небрежно повела плечом.

— Там — лес, там — скалы, а там стояли мы, — она вытянула изящную смуглую руку. — Я помню, куда бросала стрелу! Скиф захлопнул рот.

— Помнишь? А если бы стрел было двадцать?

— Ну и что? Я бы запомнила… — На ее губах вдруг мелькнула дразнящая улыбка. — А о чем помнишь ты, Скиф ап'Хенан?

— О той ночи, когда ты учила меня стрелять, — пробормотал компаньон, прикладывая к уху коробочку. — Больше не тикает, — сообщил он Джамалю.

Тот кивнул, думая, что не ошибся насчет дяди Колиной «штучки»; все же старый «механик» не собирался спалить весь мир. Либо его детонатор был устройством одноразового пользования, либо мог применяться многократно, отключаясь спустя несколько минут; в последнем случае эту опасную игрушку стоило приберечь. Скиф так и сделал — сунул блестящий диск в карман и застегнул «молнию».

Купол уже высился перед ними. Округлая, немного вытянутая к вершине сфера достигала двенадцатиметровой высоты; поверхность ее в отличие от жертвенных плит была ровной, округлой, без всяких выпуклостей и вмятин. Слой сажи покрывал ее сверху донизу, и, когда Джамаль приблизил к стене ладонь, от нее потянуло теплом. Он вытащил нож, соскреб копоть; под ней бледным золотом сверкнул металл.

— Жарковато тут было, — сказал Скиф. Зрачки у него из голубых вдруг сделались серыми; чем-то неуловимым он напоминал сейчас Рирду ап'Хенан, огромную сердитую кошку.

— Жарковато, — согласился Джамаль. — Твои саламандры плясали в пяти шагах отсюда.

Он поглядел на разворошенную пыль — в том месте, где Сийя вела поиски, — затем снова уставился на купол. Эта конструкция не выглядела капитальной — не крепость, не броневой колпак, а скорее легкое укрытие, предназначенное для работы в мире с вполне приличным климатом. Лезвие ножа оставило следы на поверхности металла; значит, он был довольно мягким, подобным алюминию — разумеется, не горючим, но с приличной теплопроводностью. Что же сотворилось внутри, когда над рощей вспыхнул огненный столб? «Пожалуй, — мелькнула мысль, — там и вправду стало жарковато… Мгновенное повышение температуры, адская духота, раскаленный воздух… Любой человек потерял бы сознание!» Но те, кого он выслеживал, не были людьми, и Джамаль ничего не знал ни об их возможностях, ни о физиологии, ни о внешнем обличье. Термин «Бесформенные», возникший неведомо где и неведомо как, мог подсказать лишь одно: к Древу Гуманоидных Рас эти твари не относились. Но вывод сей был очевиден и подтверждения не требовал.