– Ты не с того начал, – зашептала девочка, – Надо было с Менделеева.

– Попробуй, Наташа, – кивнула профессор.

– Великий русский ученый Дмитрий Иванович Менделеев, занимавшийся не только химией, но и демографией, в конце XIX века подсчитал, что при сохранности прежних условий: рождаемости, смертности, продолжительности жизни и миграции с территории Германии в Россию – к концу XX столетия численность населения будет составлять 400 миллионов русских и порядка 70 миллионов немцев. Остальные народности существенно уступят. Начнется интенсивное освоение Сибири и земель, примыкающих к Монголии.

Пока все было по лекциям. Никаких сюрпризов.

– И что произошло? – ласково подбодрила собеседницу Коренева.

– Двадцатый век, – едва ли не с ужасом выдохнула Наташа. – Две мировые войны, гражданская, коллективизация, диктатура, репрессии, церковные гонения, нравственная угнетенность, поголовное пьянство, моральный отказ многих граждан от деторождения.

Когда незачем жить, вымирают. Какой смысл приводить младенцев в такой мир?

– Какие две демографические теории в первой четверти XXI века вступили в столкновение?

Наташа быстро опустила глаза в недосягаемое для преподавателя пространство под столом. Видимо, там лежала шпаргалка.

– Ефим Фридман, известный журналист, вывесил в информационной сети статью «Генетический мусор». Его рассуждения состояли в том, что международному сообществу следует признать геноцид в отношении русских, совершившийся в первой половине XX века. Этот геноцид был направлен на наиболее образованных, состоятельных и трудолюбивых. В результате в живых остались только бедные и неграмотные. Население нашей страны состоит из их потомков.

Елена Николаевна прервала девочку жестом. Она заметила, что ее друг все это время смотрел под стол. Значит, примерно представлял, что говорить дальше.

– Коля?

– Первая теория вызвала множество споров именно благодаря своей медийности. Для внедрения второй в массовое сознание потребовались усилия интернет-сообщества, поддержка правительства и солидарная симпатия граждан. Она принадлежала доктору медицинских наук Петру Сергеевичу Марычеву, директору центра акушерства города Москвы. Он заявил, что на основании генетических данных следует говорить об «избирательной выживаемости» в XX веке. То есть, сумели сохранить себя и свои семьи наиболее приспособленные, именно они зацепились за жизнь и передали свою наследственность потомкам. В тот момент многие полезные гены находились в спящем состоянии, а сам этнос был до крайности истощен.

– Покажите шпаргалку, – потребовала Елена Николаевна. – А то вы говорите как по писаному.