— Да. Давай-ка поработаем с лицом. Уберем вот этот штрих, теперь вот этот… вроде не похож.

— На кого?

— На Георгиева.

— У тебя мания.

— Лучше перестраховаться.

— Так мы ничего не заработаем. Я проверила его данные. Борис Фишер — классический немец, родители эмигранты из России. Встряхнись, Миша.

— Я понимаю…

Дениза вдруг рассмеялась:

— Вот чех Клаус. У него действительно грим и парик, а на самом деле это… Юрий!

— Прекрати!

— Или Абдула? Найди хотя бы одну общую черту с эти сыщиком.

— Ты права! — в отчаянии воскликнул Михаил. — У меня начинаются глюки. Кто из них первый?

— Первый?.. Абдула.

— Пригласи его. И еще, обязательно присутствуй при разговоре. Ты должна это сделать, ты медсестра.

— Как прикажете, доктор.

В кабинет вошел Абдула, сутулый мужчина с оливковым цветом кожи и огромным носом. Он почтительно поклонился.

— Проходите, — заторопилась Дениза. — Присаживайтесь, вот сюда.

Араб сел прямо напротив доктора.

…Это были они, хотя в том баре в гриме и париках преступная парочка выглядела по-иному. У Михаила большие залысины, а Дениза из белокурой милашки превратилась в даму с черными, как смоль, кудрявыми волосами. Но была та же родинка на ее щеке…