— Алло! Юрий Геннадьевич, Это Марина Холодова, подруга Лены Ковалевской. Несколько дней назад вы приходили к нам в институт?.. Я вспомнила одну деталь. Не представляю, насколько это важно, но все же… Лена говорила, что узнала одну вещь у своего нового приятеля, которая показалась ей неприятной и опасной. Она собиралась посоветоваться с бывшим мужем. Про него я тоже говорила, с тем самым пьяницей… Но он у нее связан с правоохранительными органами. Лена надеялась, что он ей поможет.

— Он ей уже помог!

Я отшвырнул телефон. Он мне вряд ли понадобиться. И что мне теперь понадобиться вообще?

Разве не понятно? Я вытащил пистолет, медленно приставил его к виску. И тут…

— Юрий, нет!

Обернувшись, увидел Алису, а рядом с ней — молодую красивую девушку. Моя верная помощница покачала головой:

— Не делай этого!

— Раз ты здесь, то уже все знаешь.

— Знаю, потому и пришла. Я догадалась, что ты все вспомнишь, когда решишь повторить путь убийцы. Это твой конек в расследовании. Помнишь, ты учил меня: влез в шкуру преступника, прочитай его мысли и раскроешь его душу. А потом — и его самого.

— Да, я говорил именно так. И действительно повторил его путь. Следствие закончено, виновный обязан понести наказание.

— Опомнись! То был не ты. Твоя плоть, твоя внешняя оболочка — да. Но сам Георгиев в это время находился в другом месте.

— Нет, там был я!

— Ты только орудие злых сил, кстати, некоторые из них уже понесли наказание.

— В самом деле, — вступила ее подруга. — Своим поступком вы только станете лить воду на их мельницу. Вас зомбировали, а теперь вы очнулись. Вступайте в наши ряды и отомстите нашим общим врагам.

Я посмотрел на окончательно исчезающее за горизонтом солнце, я не боялся призраков и не потому, что они больше не придут, как обещала доктор. Они уже взяли у меня все, что возможно. Я оказался в одном ряду с ними, превратившись в собственную противоположность. Но теперь они не властны над моим духом.

— Вы только что сказали, я не виноват, меня превратили в зомби. Но раз человека превращают в слепое орудие убийства, он тоже виноват. Или я, блин, не прав?

— Это не ты?! — надрывно закричала Алиса. Ее же спутница сказала:

— Не берите грех на душу. Самоубийство без покаяния никогда не простится.

Мой палец плотно лежал на курке, но пока я не нажал на него. Я еще размышлял…

— Как, наверное, просто согрешить, а потом покаяться.