Иризарри сквозь зубы всосал полный рот сладкой жидкости. И вспомнил, как Сандерсон рассказывала о появившемся на борту «Дженни Линд» брандашмыге, который, извиваясь, пролезал через растянутые бреши в мирозданье, словно тощий смертоносный щенок, разрывающий одеяло.

– Как можно приручить брандашмыга?

Она пожала плечами:

– Если бы я знала, то была бы аркхемцем, верно?

Сандерсон медленно протянула руку тыльной стороной к Мангусту и дал ей понюхать. К удивлению Иризарри, Мангуст робко обвила усиком запястье Сандерсон.

Полковник наклонила голову, ласково улыбалась и не шевелила рукой.

– Но если попытаться предположить, то я бы сказала, что это можно сделать с помощью умения находить друзей.

Элизабет Бир и Сара Монетт ГИБЕЛЬ «ЛАЗАРЕТА „ЧАРЛЬЗ ДЕКСТЕР“»

Элизабет Бир и Сара Монетт

ГИБЕЛЬ «ЛАЗАРЕТА „ЧАРЛЬЗ ДЕКСТЕР“»

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

Через шесть недель невольного бездействия на станции «Фарадей» Синтия Фейерверкер позарез нуждалась в работе. Она больше не могла ждать, пока подвернется что‑нибудь приличное, потому что подошел срок уплаты налога на кислород. Не обязательно работать врачом, чтобы понять, что ожидает беднягу, которому придется дышать вакуумом.

Не обязательно, но Синтия как раз и работала врачом. До недавнего времени, пока ее не обвинили в халатности и незаконных экспериментах. Все это случилось прямо тут, на станции «Фарадей», шесть недель назад. Наверное, стоило радоваться, что команда буджум‑корабля «Ричард Тревитик» высадила ее на станции, а не скормила звездолету, но особой благодарности она почему‑то не ощущала. Во‑первых, ее врачебные навыки неоднократно спасали и корабль, и членов экипажа от последствий пиратских атак. А во‑вторых, перед тем как высадить ее, команда конфисковала все медицинские инструменты и препараты. Более того, всем обитателям станции стала известна причина высадки.

Практически та же высшая мера, только немного растянутая во времени, перевариться в чреве буджума с прочим мусором вышло бы гораздо быстрее.