Хэн в отчаянии посмотрел на кипящую за бортом битву. Она была права. Сейчас, когда он отвел свой корабль в сторону от пекла, ему был отлично виден крейсер ишори и бесчисленные вспышки турболазеров вокруг него. И Хэн знал, что дефлекторам «Сокола» ни за что не устоять.

— Слушай, я же обдуривал даже «звездные разрушители»…

— Ты от них ускользал за счет маневренности, — поправила она. — А тут совсем другое дело. Пожалуйста, Хэн, не пытайся…

В динамике взвыли помехи, и голос Лейи пропал.

— Лейя!!! — в отчаянии заорал Хэн.

Он подался вперед, чуть не уткнувшись лбом в транспаристил иллюминатора. Крейсер ишори вроде бы оставался цел, но хватило бы и единственного удачного попадания по капитанскому мостику…

— Она жива, — мягко сказал Элегос и указал на дисплей комлинка. — Просто связь опять глушат.

Хэн медленно выдохнул — он и не заметил, как затаил дыхание.

— Нужно что-то делать, — сказал он, оглядывая космос за бортом в надежде, что это поможет ему придумать, что именно тут можно поделать. — Нужно вытащить ее с того крейсера…

Комлинк щелкнул и снова ожил. Хэн дернулся к нему, едва не вылетев из кресла.

— Лейя?

— Соло? — позвал мужской голос. — Это Кариб Девист.

Только его сейчас не хватало.

— Чего надо? Мы тут немного в запарке, знаешь ли, — огрызнулся Хэн.

— Шутки кончились, — отрубил Кариб. — И чья, по-твоему, в этом вина?

— Мы уже знаем, — буркнул Соло. — Какие-то ситховы провокаторы просочились на борт «Превосходства» и открыли огонь. Предположительно, имперцы.

— Это точно имперцы, — возразил Кариб. — А другие имперцы спровоцировали остальных ввязаться в драку. Или ты не слышал, как они вещали в эфире приказы к атаке на полудюжине языков?

Хэн пережил острый приступ досады на собственную несообразительность и бросил сердитый взгляд на ни в чем не повинного Элегоса. Так вот зачем болтались вокруг Ботавуи эти маленькие имперские кораблики, которых вычислил Кариб. Ясно, как татуинский день.

То есть это стало бы ясно, как татуинский день, каждому, кто дал бы себе труд на минуту остановиться и задуматься. Но никто не удосужился.

— Но это подождет, — продолжал Кариб. — Я вызвал тебя, чтобы предупредить: кажется, в районе ядра кометы творится что-то неладное.