Двое джирриш переглянулись, низкий чуть заметно пожал плечами.

— Почему бы и нет? — повторил высокий. — Двое человеков-завоевателей по-прежнему содержатся вместе. Вы можете забрать целителя и ее снаряжение и доставить к ним.

Фейлан Кавано спал, когда Тирр-джилаш и Мелинда пришли к нему. Дышал он хрипло.

— Хорошо, что вы прилетели, док, — сказал сержант Яновец, когда Мелинда поставила на пол сумку и монитор. — Я сделал ему инъекцию главаморфина из его аварийной аптечки, но это мало помогло.

— Все же вы поступили правильно, — согласилась Мелинда, ощупывая ногу брата. — Ничего, я постараюсь привести его в порядок.

Тирр-джилаш осторожно огляделся по сторонам. Над ними, держась подальше от глаз, парили двое бдительных старейших. Он перехватил косой взгляд Мелинды Кавано и отрицательно покачал головой так, как это делают человеки. Она чуть кивнула.

Пока Пирр-т-зевисти и его фрагмент должны оставаться в контейнере.

* * *

— Высший Клана-над-кланами?

Высший очнулся, от неожиданности уронив планшет на пол. Последнее, что он помнил, — как сидел на койке и читал донесения военных…

— Да, что случилось? — спросил он, когда разглядел парившего перед ним призрака.

Это был Двадцатый, его бледное лицо было необычно мрачным.

— Для тебя открыт канал связи с Долиной Утесов, это защитник усыпальницы клана Кей-ирр, — доложил он. — Думаю, тебе следует с ним поговорить.

— Сейчас? — Высший глянул на хронометр. В такую позднюю дециарку обращаться к Высшему — это дерзость даже для защитника усыпальницы. — И о чем же таком безотлагательном он хочет со мной говорить?

— Не знаю, — ответил Двадцатый. — Он не хочет беседовать ни с кем, кроме тебя. Он назвал секретный опознавательный код, который ты дал исследователю Низз-унажу.

Высший нахмурился. Что творит Низз-унаж? Почему он выходит на связь не по тщательно установленному для него каналу? Или просто произошла утечка, кто-то из старейших проболтался?

— Хорошо, — сказал он. — Думаю, я просто обязан поговорить с ним. Открывайте канал.

Двадцатый кивнул и исчез. Высший вздохнул — он совершенно не выспался.