Охранники, все как один, рванули на перехват.

— Стоять!

На этот раз все замерли. Картинка. Полная неподвижность.

— Братья, пожалуйста! Не вынуждайте меня убивать вас!

Ваун стоял у одной стены, Клинок с девушкой — у другой. Четверо братьев преграждали путь к выходу — Белый, Желтый, Красный, Коричневый.

— Кто Приор? — спросил Ваун. Ему было нехорошо. Ничего не получится.

— Я, — хрипло ответил Белый и задрал подбородок. — Ты знаешь, что тебе придется убить нас! Судя по голосу, он был моложе, чем казалось.

— Убью, если надо. Но зачем умирать без смысла? Я могу пристрелить вас, мы убежим, а вы будете мертвы. Идите вперед. Мы убежим, и я клянусь, что не буду убивать вас.

Может быть. Белый двинулся первым, но разве что на долю секунды — вперед шагнули все.

— О, остановитесь! — закричал Ваун. Пот заливал глаза.

— Ты не можешь стрелять в своих братьев!

— Могу. Я стрелял. Я пристрелил двоих на «Юнити».

Охранники в страхе сглотнули слюну. До сих пор Ваун никогда об этом не говорил. Никому. Даже Мэви. Но тогда он обезумел от страха. А сейчас он был хладнокровен.

— И я помогал выкачивать Приору мозги! Во мне есть врожденная неполадка, помните? К такому выводу они пришли вчера вечером, да?

Ему тут же захотелось, чтобы он не задавал этот вопрос, Ему не хотелось знать, что там решили, когда он вышел из зала.

Желтый глубоко вздохнул, будто бы от удивления.

— Нет, — сказал он. — Вовсе нет. Но мы решили, что тебя испортили.

Клинок попробовал двинуться. Коричневый шагнул в сторону и встал у него на пути.

— Стоять! — снова крикнул Ваун.

— Не по твоей вине, брат, — продолжал Желтый. Он был моложе всех, не совсем взрослый. Восемнадцать, наверное, но, очевидно, только он был на собрании. — Но мы решили, что не можем рисковать и отпускать тебя назад.