Сергей тихо приземлился в секторе частных яхт. Говоря, что приземлился, он, конечно, не имел в виду себя, потому что к управлению руки его не касались. Были, однако, неясные ощущения, знакомые, впрочем, многим, особенно мечтателям и романтикам, ему думалось, сделай он усилие — небольшое, просто шаг, — и ему откроется нечто потрясающее!.. В какой-то момент, полулежа в кресле и обуреваемый подобными размышлениями, он даже захотел, отключив двигатели, посадить корабль силой собственной воли, которая охватила уже всю Вселенную.

В последний момент он побоялся убедиться в том, что его растущая уверенность в собственных сверхспособностях не соответствует действительности, и от экспериментов отказался.

Сергей сошел по трапу и проследил взглядом за яхтой, которую невидимое поле плавно уносило на виадук Внешнего Кольца.

Вступив на перрон, идущий вниз, он спустился к краю платформы, чтобы не мешать своим присутствием постоянно подлетавшим машинам. Потом Волков вздумал воспользоваться одной из этих машин, и по его знаку одна из них — изумрудная капля — скользнула к нему, приоткрыв боковое крыло дверцы.

Сергей сел внутрь, на мгновение ощутив себя птенцом, оберегаемым крылатой родительницей, — странное чувство, если вспомнить, как давно он вышел из возраста, требующего заботы.

Доставить себя он распорядился к дворцу Премьер-министра.

Машина соскользнула с перрона и сквозь огромные огненные буквы рекламы рухнула в пропасть. Потом они вонзились в бледно фосфоресцирующий туннель. В воздухе заполоскались пурпурные и голубоватые газосветные трубки, ребра из кристаллического блеска, черные фронтоны, огромные фигуры в конусах рефлекторов — Сергей живо вспомнил свое первое прибытие в космопорт сразу после Урана — растерянность, злость, бестолковые поиски себя и выхода из этого гигантского, невообразимого транспортного сооружения. Тем временем машина, пронзив очередную фантомную преграду, вырвалась за пределы порта.

Они быстро двигались по шоссе. Машина почему-то не взлетала. Потом, присмотревшись, Сергей понял, что они все же летели, но на высоте не более метра, повторяя все повороты дорожной ленты.

Их изумрудная капля шла на скорости километров сто: мелькали деревья, потом небольшие домики — лиловые, белые, синие. Дорога свернула раз, другой, скорость увеличилась, попадалось много встречных машин, потом их количество снова уменьшилось, небо стало темно-голубым, поблекли краски домов, показались звезды, а они все мчались в протяжном свисте ветра.

Все вокруг посерело, здания стали терять очертания, превращаясь в контуры, в ряды серых выпуклостей. В сумерках дорога проступала широкой серебристой полосой. Вдруг земля быстро ушла вниз, вокруг них замелькали ярко освещенные разноцветные снаряды машин, внизу россыпью зажигались окна в домах, и Сергей попросил водителя соединить его с Кравцовым.