— Ввести координаты для прыжка в гиперпространство! — крикнул Люк.

— ..не брошу его! — Только концовка ответа Хэна звучала прилично.

Люк повторил свой приказ снова, специально для Хэна, и в более крепких выражениях, которые тот, видимо, привык понимать лучше.

— Мы прыгнем, как только взлетит Джесин, — пояснил он, но до Хэна почему-то не дошло.

— Нет, не брошу, — повторял он, словно его заело.

Его прервал вопль Джайны:

— В меня попали!

— Джайна! — воскликнула Лейя.

— Ничего, справлюсь, — заверила она.

Ледяную поверхность впереди вскрыл мощный взрыв, и в воздух, поднялась тонкая стрела — ракета Джесина.

Не успели Люк или Хэн, Мара или Лейя выкрикнуть какие-то команды, «Веселый шахтер» устремился вперед и вниз и буквально поймал «стилет» на лету. Не дав взрослым возможности высказать похвалы, Джайна уверенно, с поразительной точностью направила корабль прочь от планеты и вскоре исчезла в прыжке на световую скорость.

Мара, стоящая на мостике «Меча Джейд», сияла от радости и гордости.

Оба пилота «Тысячелетнего сокола» были так поражены, что лишились дара речи.

Наконец, Хэн прошептал:

— Малышка умеет летать.

«Сокол» содрогнулся от прямого попадания, а затем корабль неожиданно нырнул вниз; его чуть не поймал луч захвата с поверхности: красноречивое напоминание о том, что время улетать пришло, то есть прошло.

Им удалось скрыться, хотя не без проблем. Видимо, спасся и Джесин. Но ни у одного из них не поворачивался язык назвать этот день победным.

24. Еще один трюк в запасе

24. Еще один трюк в запасе

Как только «Веселый шахтер» удалился от планеты на безопасное расстояние, а Джайна подтвердила, что и «Меч Джейд», и «Тысячелетний сокол» также благополучно покинули район, Джесину дышать стало намного легче. Он снял дыхательную маску, стараясь не забрызгать при этом слюной своего близкого соседа по кабине корабля, затем надавил на чувствительную точку плащанника, давая ему сигнал свернуться. Несмотря на всю серьезность ситуации, на всю недавно пережитую боль потерь и ужас, он вдруг застеснялся, когда это существо, подобное второй коже, стало сползать с его тела, обнажив сначала плечи, затем живот и, скользнув под мини-юбку, ноги.