* * *
– Ну и почему ты сразу не рассказал нам о звонке? – по лицу Петра Волкова было видно, сколь велико его недовольство старшим сыном.
– Я думал, кто-то из моих одноклассников прикалывается, – вяло оправдывался Миша. Он полностью сознавал свою вину.
– Взрослым голосом?
– Могли попросить кого-нибудь. Старшего брата, например.
– Все равно надо было рассказать. А принимать это во внимание или нет – уже наше дело.
– Я понял.
– Ладно, иди. Нам с мамой надо поговорить.
Дождавшись, когда за сыном плотно закрылась дверь, Петр Антонович задумчиво произнес:
– Надпись на зеркале… То, что она исчезла, меня очень смущает. Похоже, адепт постарался. А это уже не игрушки!
– Ты не думаешь, – осторожно сказала Ирина Николаевна, – что Мише просто почудилось? Стрессов у него было в последнее время немало: та история с машиной, три трупа у наших дверей, телефонный звонок… Вот нервы и начали шалить.
– Может быть, – не стал спорить Петр Антонович. – Но надо исходить из худшего предположения – что за нами кто-то охотится.
– Но зачем?! – всплеснула руками его супруга. – Кому мы могли понадобиться или помешать настолько, чтобы он привлек к делу адепта? Мы – самые обычные люди. Деньги у нас есть, но не так много, чтобы затевать подобное. Скажи честно – ты со своим бизнесом, случайно, не мог нажить себе серьезного врага?
Глава семьи пожал плечами.
– Да нет, дела идут ровно, без эксцессов и конфликтов. Конечно, конкуренты имеются, но таких психов среди них нет.
– А те трое в подъезде? Думаешь, они связаны со звонившим и автором надписи?
– Очевидно, да. В противном случае, пришлось бы предположить, что за нами охотятся сразу две преступные группы, а нам и одной за глаза хватит.