Что это значит? Это значит — любой ценой. Противник готов погибнуть сам, лишь бы уничтожить ненавистных людей на всех их колониях…

— То есть как это пропал целый флот? — удивилась она.

— Так было сказано в официальном заявлении зитхов, — ответил Газимов. — Флот ушел на скольжение, конечным пунктом которого была одна из планет людей, но так и не объявился в космосе.

— Разве это возможно?

— Возможно, если конечным пунктом была не планета, а глубокий космос.

Лика задумалась.

— Неужто зитхи уже тогда готовились к Третьей войне против гуманоидов?

— Скорее всего, именно так и обстоят дела. Они умудрились спрятать огромный флот в глубинах космоса на пятьдесят лет, чтобы потом нанести сокрушительный удар. Та угроза со стороны пиратов, которую любят раздувать средства массовой информации — не что иное как подготовка наших врагов к войне.

— Я вас не понимаю…

— На протяжении полувека в разных районах космоса пропадали корабли. Чаще это были именно военные корабли, что совершенно непостижимо для нас. Удалось абсолютно точно установить, что за большинством таких исчезновений стоят каоли и зитхи, сумевшие изобрести какой-то аппарат, «выдергивающий» корабли из скольжения и гасящий работу боевых систем. Все это время каоли и зитхи помимо строительства новых крейсеров воровали наши.

— Их силы, следовательно, превышают те, о которых нам известно.

— Как минимум вдвое, — кивнул генерал.

Противник методично выдергивал скользящие звездолеты и захватывал их. Военные, гражданские, транспортные — все. И переоборудовал их в боевые крейсера. Возможно даже — в корабли-камикадзе, нацеленные лишь на одно: уничтожать людей. Любой ценой. Человечество можно взять лишь силой, грозной и превышающей ту, что доступна людям. Притом ударить необходимо сразу по всем фронтам, по всем высокоразвитым мирам…

— Сволочи, — прошипела девушка.

— Но и у нас есть пара козырей.

— Вы имеете ввиду «Голиаф»?

— И «Голиаф» тоже.

— До сих пор в уме не укладывается, как в тайне от всех вы смогли соорудить в Большом Облаке такую огромную базу! — Тина была очень сильно удивлена, когда узнала, что же именно ей удалось посетить. — И вся эта история с Рафовым… не верю, что вы придумали ее только ради Максимуса.

— Конечно же, нет. Легендой о пирате прикрывались те похищения грузовых судов, за которыми стоял я. Все-таки, строительство «Голиафа» вдали от всех ресурсов требовало решительных действий. Но мы не были пиратами. Погляди вокруг — все члены экипажей захваченных нами судов с удовольствием перешли на службу здесь, на базе. И не только потому, что я обеспечил их приличным жалованьем.