— Обменять — это нормально! — обрадовался и Белый и поманил за собой, — Прошу!

Они обогнули грузовик, и парень открыл двери позади него. Через десять минут Яна имела ПДА, набор провизии и медикаментов в рюкзаке, ПМ с глушителем, а также почти новый «ВСС» с тремя магазинами к нему.

— Ты куда двигалась? — поинтересовался Карлос напоследок, — Не подбросить?

Яна посмотрела на него, ощущая кислый перегар от коктейля, посмотрела на Обезьяну, который нянчил новоприобретенную СВД.

— До Саркофага, если можно! — ответила она.

— Охренеть! Не, нам в другую сторону! — воскликнул Белый и полез за руль, — Я в отличие от этих не пью столько!

— Мы тоже, — сказали Карлос и Обезьяна, — Не по пути нам, Стрелка. Бывай!

Проводив «КАМАЗ» взглядом, Яна посмотрела на мелколесье, где кто-то продолжал наблюдение за дорогой. Она уже догадывалась, кого может там увидеть.

— Выходите! Что ж вы так всего боитесь?! — крикнула она и сама двинулась к бывшей компании, — Я не кусаюсь!

Из кустов высунулся Лебедь, а вслед за ним и Кулек. Яростно жестикулируя, они начали подзывать ее к себе. При этом парни воровато озирались и вообще старались вести себя так, будто не хотели, чтобы их услышали.

— А мы уж думали, что ты нас не узнаешь! — сказал Лебедь, когда Яна приблизилась.

— Что за конспирация? — удивилась Яна, — Тут никого нет в радиусе километра!

Кулек не ответил, а буквально втащил ее в кусты. Затем парни обступили ее, с небольшим опасением поглядывая на монолитовские штаны девушки и бандитский плащ, наброшенный на тельняшку.

— Яна, ты что, теперь в «Монолите»? — задал вопрос Мирон, — Мы, конечно, не против, но и ты пойми — мы в тот раз не могли с тобой пойти…

— Я не в претензии, — отмахнулась Яна, и показала на пьяного в лоскуты Васю, который возле потухшего костерка вытирал с лица слезы и что-то монотонно бубнил, — Какая у него проблема? Дед умер?

Парни переглянулись и засмеялись.

— Нет! У него сын родился! — радостно сообщил Мирон, — Теперь у него четверо детей!

— А чего он в расстройстве? — удивилась Яна, — Вроде не горевать он должен!

Парни заулыбались еще сильнее.

— Да он уже как год не был дома!