— Для вас поет группа «Слюнки»!

Это Паша удачно зашел. Говорят, они на клубных концертах выкидывают такие штучки, что ни в сказке сказать, ни пером описать.

В клубах дыма на сцену вылетели четыре красотки. Две блондинки, черная, как вороново крыло, и детская любовь юнкера, рыжая красавица. Спев мелодичную песенку, и возбудив мужскую часть публики некоторыми телодвижениями, они исчезли. Им на смену явился пытавшийся шутить дяденька. Попытка была неудачной.

Паша стал рассматривать зал. Картина маслом была печальной. Больше половины мест занимали зомби. Полмысли на голову и стеклянные глаза.

Девчонки снова появились у микрофона.

— Песня по просьбе зала! Что тебе спеть, солдат?

— «Там, вдали, за рекой», — пожелал Паша.

Когда отзвучали последние звуки и слова, Юнец снова оглядел публику. Несколько зомби стали людьми. Там, вдали, за рекой, полыхали огни, там Суньчжоу в огне догорало, из набега отряд возвращался назад, только в нем казаков стало мало. Что зацепило их в песне времен русско-японской войны? Паша отодвинул от микрофона юмориста и двинулся по репертуару посиделок у костра перед отбоем. Третью песню девчонки пели с ним, зомби в зале не было, а в дверях стоял патруль и пан проводник. У Кречета был сильный голос, и сцена превратилась в подтанцовку. Максима узнали.

— Собирайтесь, вас хочет видеть Гетман, он тоже хорошие песни любит.

Выйдя из развлекательного комплекса, они сели в бронированный микроавтобус гетманской стражи. Черненькая Лейла вовсю строила глазки Кречету, блондинки не отставали.

К патрулю приблизилась четверка крепких парней.

— Пан офицер, куда поехал юнкер из группы Сотника? — прозвучал вопрос.

Старший лейтенант, оглядев компанию, отметил стрижку, дорогую оружейную сумку, и, учитывая упоминание псевдо одного из старших офицеров, подполковника Смирнова, решил, что перед ним свои. Переоделись в штатское, чтобы свободно побродить по городу.

— Пока во Дворец, а затем на базу. По-моему, меняются планы. Возвращайтесь сами, а то и вас придется искать.

— Непременно.

Компания удалилась.

— Ловко ты про Сотника ввернул, — польстил вожаку шут, — как будто ты с ним каждый день пиво пьешь.

— Ладно, упустили юнкера, зато проверили. Приветы работают. Вспоминайте, что он говорил, каждое слово. Так и будем делать. Нет истины в мире, кроме его слов, и мы пророки его.

Девчонок расположили в дворцовой гостинице для старших офицеров. Проводник и юнкер отправились на прием к руководству. Отсюда и в вечность. Ксанка стащила свой рыжий парик и тихо заплакала. Они даже поцеловаться не успели. Это нечестно. Она его первая нашла.