Девочка издала ликующий вопль.

— Но есть и дурные новости, — продолжала Джинни. — Прости, детка, но это тайна. Мы потом тебе все объясним. Отключи коммуникатор, Куртис.

Пилот так и сделала. Джинни выложила факты. Куртис выдала пару словечек, которые вогнали меня в краску.

— Да, девочка должна все узнать, но очень осторожно. Мы обязаны остановить гадов.

— Какие-нибудь предложения? — с надеждой спросил я.

— Пока никаких. Без навигационных приборов Вэл не может сообщить мне, где находится. Я попытаюсь выяснить положение корабля через обсерваторию. Если получится, то наши коллеги-зуни могут привлечь на помощь своих богов. А там поглядим. Честно говоря, я пока не представляю… Когда вы будете здесь?

— Выжму из метлы все. — Джинни поглядела на брата. — Нет, прости. Мы не сможем прилететь сразу.

— Почему? — просипел он. — Лети. Со мной все в порядке.

Я глянул на бледное, залитое потом лицо и ответил:

— Ерунда, братец. Ты только-только начинаешь очухиваться. Тебе нужны покой и уход. Не говоря уже о попытках снова закабалить тебя.

Он вздрогнул. Спорить не стал — то ли выдохся, то ли испугался.

— Все равно нужно дождаться Балавадиву, — добавил я. — Мы перезвоним позже, Куртис.

Я набрал номер Голдштейнов.

Марта увидела мою рожу, набрала в грудь побольше воздуха и спросила:

— Так, Стив, что на этот раз?

— Не могу объяснить, но… мне так неловко просить, но не можете вы подержать у себя еще одного беженца пару дней?

— Беженца? У вас что, война или погром? — Она не шутила. — Можешь привозить кого угодно. И сколько угодно.

— Спасибо и… благослови вас господь!

— Помоги вам бог, Стив, Джинни. Сэм на работе, но я сама все приготовлю. Можешь не спрашивать — дети в порядке, хотя, естественно, встревожены. Они будут рады увидеть вас. Я тоже.

Как хорошо делать хоть что-то! Мы собрали личные вещи Уилла. Я помог ему добраться до нашей метлы и сесть в кресло.