Машины у дома не было — наверняка на ней уехал Харам.

Выйдя за калитку, я пошел в сторону магазина, зная, что рядом находится остановка.

В сознании царили холод и пустота. И жажда мщения. Убить, растерзать, разорвать. Голыми руками. Где ты, Харам? Только покажись, и тебя не спасет никакая магия…

Сначала я ехал на «маршрутке», десять минут спустя пересел на автобус. Расположившись у окна, отрешенно смотрел на проносящиеся за стеклом городские пейзажи и не видел их. Мысли окончательно затихли — а скорее, я спрятался от них. Не думать было лучше — лишь там, в тишине, я мог хоть немного укрыться от терзающей меня боли.

Не могу сказать, что к тому времени, как я добрался до аэропорта, мне удалось успокоиться. Я по-прежнему хотел уничтожить Харама, но в моих действиях начала появляться осмысленность. Разум брал верх над эмоциями, я понимал, что в одиночку мне с Харамом не справиться. Он бесконечно сильнее меня, и этим все сказано. Может быть, надо было остаться у Дмитрия и Киры хотя бы на сутки — они маги и могли бы что-то подсказать. Но возвращаться я уже не хотел.

В аэропорту удалось купить билет на вечерний рейс. Пройдя в зал ожидания, сел, взглянул на часы — скоро должна была начаться регистрация.

Я хотел поскорее покинуть Красноярск. В то же время Москва совсем не манила. Ожидая начала регистрации, я с грустью думал о том, что до сих пор не обзавелся собственным домом. Да и вообще один как перекати-поле. Нет в этом мире места, где меня бы ждали, где мне были бы рады. Не важно, кто — пусть даже собака или кошка. Лишь бы ждал хоть кто-то.

— Если не ошибаюсь, вы называете это индульгированием, — раздался совсем рядом со мной столь хорошо знакомый мне голос— Стыдно, Андрюша. Недостойно мага.

Я медленно обернулся — в кресле позади меня сидел Харам. Мы встретились с ним глазами, он улыбнулся.

— Да-да, я тоже рад тебя видеть. Похоже, мы с тобой летим одним рейсом. Чудеса, да и только, верно? Не возражаешь, если я сяду поближе? — Не дожидаясь моего согласия, он обошел ряд кресел и сел рядом со мной, положил на соседнее сиденье свою сумку. Удовлетворенно вздохнул: — Так гораздо удобнее…

— Зачем ты это сделал, Харам? Почему?

— Ты о своих друзьях? Вспомни условие нашего договора: ты остаешься со мной, они уезжают. Если бы они уехали, с ними бы ничего не случилось. Но они остались, и когда некий человек предложил им помочь свести со мной счеты, его предложение было с радостью принято. Твои друзья вновь выступили против меня, понимаешь? Ну посуди сам: вы увели Лену. Потом уничтожили мою пещеру — я уже не говорю о том, что взорвали ее вместе со мной. Затем пробрались ко мне домой. Стреляли в меня — тебе ли не знать этого, верно? Наконец твои соратники вновь начали играть против меня. Я, как ты знаешь, отличаюсь ангельским терпением, но и оно не беспредельно. У твоих друзей был шанс выйти из игры, они его не использовали. В итоге получили то, что заслужили, их тела сейчас покоятся в одной из пещер Урала. И в чем же моя вина? В том, что я защищал свои интересы?