— Катя, успокойся! Со мной такой номер не пройдет, и они это прекрасно знают. Пока Миша жив, они в безопасности, но, если он умрет, им тоже не жить!
— Да кто ты такой?! Какой-нибудь чертов супермен?!
— Что Миша тебе рассказывал обо мне?
— Ничего особенного. Ты — его друг. Вы вместе работали в «БШК», а сейчас трудитесь над каким-то совместным проектом.
— Над каким?
— Он не говорил, но из его полунамеков я поняла, что дело прибыльное, хотя и не совсем законное.
— Ясно. Клянусь тебе, что мы свернем свою деятельность сразу, как только я вытащу Мишку из этой передряги.
— А ты его вытащишь?
— Даже не сомневайся!
— Откуда такая уверенность? Это наверняка очень опасные люди.
— Не опаснее меня.
— Ты что, в спецназе служил?
— Не спрашивай, Катя! Эти знания спокойствия тебе не добавят. Моя задача — вернуть Мишку и устранить угрозу на будущее. Это я и сделаю, а затем наше партнерство с твоим мужем прекратится. Больше ни в одну историю я его не втравлю. А теперь иди домой, к сыну. Мне пора собираться. Очень тебя прошу: доверься мне и никуда не звони.
Всю дорогу к месту «стрелки» я пытался сообразить, с кем же мы имеем дело: с обычными бандитами, командой Гипнотизера или ребятами, нанятыми Лилит? Вряд ли последнее: месяц ее ультиматума еще не истек. Если это Гипнотизер, то ему Мишку и пытать не надо: сам все знает, а что не знает, то Тихонов под гипнозом выложит. А вот если бандиты, тут вопросов больше. Вряд ли это обычная братва, «крышующая» мелких предпринимателей, какими мы с Мишкой, в сущности, и являемся. В этом случае Тихонов вполне бы смог с ними договориться — язык у него подвешен как надо. К тому же подобных типов ему не составило бы труда убедить во всяком отсутствии у меня паранормальных способностей: сами не чурающиеся лохотрона, в такое они бы поверили быстрее и проще, чем даже в экстрасенса, не говоря уже об Э-магии.
Нет, похоже, похитителей интересовал именно я со своими особыми талантами. То есть они
Ладно, начнем по порядку. Кто из моих знакомых хотя бы теоретически мог о чем-то догадаться? Лена? Догадаться-то она могла, но ведь я ее спас. Понятно, что теперь не принято помнить добро, но отвечать на него злом… Вероника? Возможно. Но мне как-то не верилось, что она могла затаить на меня обиду. Да, после того фантастического дня расстались мы не очень хорошо, но нормальные люди за такие мелочи подобным образом не мстят. А она производила впечатление человека нормального. К тому же мы недавно с ней виделись, когда я помог ей отвязаться от назойливого кавалера, и общались очень дружелюбно.