Вскоре выяснили, что камень — это обычный валун, правда обработанный неизвестными инструментами. А вот что за сила держит его в воздухе, так и осталось главной загадкой.

Вообще, в АТРИ есть некая аномальная цацка, прозванная перышком, которая способна уменьшать вес предметов. Уменьшать, но не поднимать в воздух. Тем более такие огромные предметы, как валуны алтарей.

Естественно, ученые придумали теорию насчет «летающих камней». Дескать, это какая-то невыявленная природная аномалия, управляющая гравитацией. Но Зинчук счел подобную гипотезу бредом и сдуру высказал свою точку зрения на ученом совете. По его мнению, дело было не в природной аномалии. Камни в воздухе держал неизвестный источник энергии, созданный искусственно.

Его подняли на смех. Дескать, хуги с уровнем развития первобытных людей в принципе не способны создать ничего подобного.

«И где же, по-вашему, этот источник энергии? — спросили у Зинчука. — Предъявите!»

— Я им предъявлю! — возмущался вечером после ученого совета Док.

Он приперся ко мне в комнату в общаге, бесцеремонно выставил лаборантку Зиночку, которая любезно согласилась скрасить мой вечерок, и принялся жаловаться на «тупоголовых ослов», то бишь цвет нашей российской науки.

— Я им так предъявлю! — кипел Док, поедая припасенные мной для романтического вечера с Зиной шоколадные конфеты — небывалую роскошь для АТРИ. — Я им этот источник в пятую точку воткну! Они у меня ракетой полетят!

Док сунул в рот последнюю конфетку и решительно приступил к уничтожению винограда, купленного для Зиночки за бешеные деньги в Муторае. Ягоды исчезали просто с потрясающей быстротой, словно Дока не кормили месяц.

Я вздохнул и пододвинул ему блюдечко с фисташками — последнее из имеющихся у меня лакомств.

Дело происходило в научном городке ЦИРИ — Центра изучения реликтового излучения. С подачи Дока весь последний год я проработал здесь консультантом по общим вопросам. На самом деле моя обязанность — участвовать во всех авантюрах, то есть научных исследованиях, которые затевает Док. Лишь изредка он отдает меня в пользование другим «ботаникам», и то после долгой ругани с директором ЦИРИ.

Док подавился фисташкой и закашлялся. Я налил ему в стакан водки — что делать, на шампанское для романтического вечера мне денег уже не хватило. Впрочем, Зиночка шампанского и не ждала. Здесь, в АТРИ, дамы не слишком избалованы. Могут пить и разбавленный спирт. А еще у нас тут в ходу «коньяк» — это когда спирт подкрашивают чаем.

Зинчук хватанул нехилую порцию водки, выпучил глаза и возмущенно уставился на меня: