– Ты здорово нас подвёл! – перебил его Норон. – Хуже некуда! И не надейся на смерть! Ты останешься в этом теле. Ты пойдёшь домой к Обходчику и убьёшь его. И его ученицу тоже. А племянницу… Девчонку убьёшь ты, – Норон повернулся к зеркалу и посмотрел в глаза своему отражению.

Траквештрерия понимающе кивнул.

– Я не смогу, – вздохнул Тийда. – Он сильный. Он мне не позволит!

– Позволит, – Норон присел на корточки перед Отвратнем. – Любовь делает людей очень сильными. А что делает их слабыми – помнишь?

* * * 01:57 * * *

* * * 01:57 * * *

Окружающий мир затуманился на миг, а потом станция обезлюдела. Шарканье ног и голоса растворились в прозрачной тишине, и теперь лишь лёгкий ветерок гулял среди красно-розовых колонн.

Варя уже привыкла к подобным превращениям – по крайней мере, перестала пугаться. Теперь её раздражало не перемещение между Земной Явью и Слоями, но собственная неспособность управлять процессом. Все умеют – она одна, как… как ребёнок!

– Никки, – она постаралась умерить градус злости, чтобы он не умер от огорчения. – Я тебя тысячу раз просила сначала предупреждать, а потом уже…

Она не договорила, потому что Ника не было рядом. Никого не осталось – только станция «Марксистская».

По насыщенности света, исходящего от люстр, и по тому, как он отражался от гладких мраморных плит, Варя определила степень удалённости от Земной Яви: глубже уровня невидимок, где-то в районе первой границы, за которой материя начинала забывать о своём прошлом. Здесь уже не было механизмов – лишь стены, колонны, воздух и «память света», похожая больше на сияющий туман, чем на нормальное освещение.

Разбираться в Слоях Варя научилась у Златы – и теперь надеялась, что та опять спасёт, как тогда, в серой кисельной дряни. Правда, пока что никакой помощи не требовалось: никто не нападал и даже не угрожал. Станцию наполняло спокойствие, а источником вполне обоснованной тревоги были обстоятельства: кто-то же должен был перенести Варю в этот не самый ближний Слой!

Или она сама научилась? Внезапно? Включились пресловутые врождённые способности, и, сама не понимая, как, она открыла портал в соседнее измерение. В конце концов, если дядя – волшебник, то и племянница может что-то уметь!

Ободрённая, Варя прошлась взад-вперёд по центральному залу «Марксисткой». Полюбовалась на флорентийские мозаики, украшавшие арку перед проходом на эскалатор, выглянула на платформу. Станция была обыкновенной – ни скульптур, ни затейливых украшений. Разве что люстры на потолке забавно скручены, да на полу звёздные цветы, выложенные красным мрамором, – вот и все достопримечательности.