— Это — не Солнечная система, — предупредил Марат.

Зунг захохотал.

— Знаю, — сказал он весело. — Это ближайшая к Солнцу звезда. В твоей системе слишком много врагов, а корабль, выходящий из портала, слишком уязвим.

Путь от Проксимы до Солнца занял немного больше трех суток, хотя Марат знал: кораблям держав Пас-Лидоса потребовалось бы в два-три раза больше времени. Почти весь полет Зунг провел возле инфосистем, читал сводки новостей, просматривал исторические хроники, изредка посылал шифрограммы. Марат видел его лишь урывками, когда флонд ненадолго покидал рубку.

В остальные часы Ирсанов либо сидел за терминалом, либо навещал земляков и гунадов-узников. Наемники переживали, что покинули пределы Гунадри, не дослужив срок контракта.

— Не заплатят нам, — плакался Фред. — Еще и оштрафовать могут.

Они смотрели на Марата недобрыми глазами. Даже Сабина и Рэнди, лучшие его друзья, злились все сильнее, обвиняя в случившемся. Наверное, были напуганы и потому старались перенести свои прегрешения на соплеменника. Недавние свои вольнодумные высказывания солдаты, конечно, забыли.

— Кажется, Зунг намерен высадить нас на Земле, — сказал Ирсанов. — Сможете вернуться к местам службы. Кстати, в ваших контрактах должны быть пункты насчет доплаты за ранения, плен и тому подобные боевые казусы.

Вспоминая текст когда-то подписанного документа, наемники думали долго — примерно как размышляющие о вечных проблемах гунады. Наконец Влад подтвердил:

— Вроде было что-то такое… А ты это к чему?

— Вы попали в плен, — объяснил Марат. — Должны получить компенсацию.

Лица наемников просветлели, но солдатское простодушие умиляло недолго. Фред произнес, кривя губы презрительной усмешкой:

— Ты наивен, капитан. Не верится, чтобы гунады заплатили. Придумают, гады, миллион отговорок.

Логика в его словах имелась, и Марат пообещал поговорить с Джиром.

За двое суток, проведенных в одиночке, археолог сильно сдал, у него тряслись руки, хвост и нижняя челюсть. Пришлось трижды повторить вопрос, прежде чем гунад понял, о чем говорит его недавний помощник.

— Они получат деньги, — проговорил Джир, запинаясь и морщась, словно от зубной боли. — Понимаю, этих скотов больше ничего не волнует… Но ты — чего добиваешься ты?

— Я не добиваюсь, — человек рассмеялся. — Уже добился.

Гунад безразлично осведомился:

— И чего же?

— Тебе трудно вообразить, как я мечтал об этом все дни, пока жил среди вас! — Марат блаженно закатил глаза. — И вот мечта чудесным образом осуществилась: я возвращаюсь, набитый знаниями, а тупицы из Миграционной службы не успели всадить мне психоматрицу!