Светлый фон

– То-то же! – Подхватил шляпу. – Жду на улице. Кстати, от местного кофе не отказывайтесь, его готовят как надо.

 

Рамирес водил трайпл и делал это с большим достоинством. Колонна пересекла Волгу по дамбе, почти сразу за ней взяли правее. Седой байкер привел в район, где с одной стороны громоздились многоэтажки, с другой прятались в тени деревьев домики. Чуть дальше располагался обширный, выжженный солнцем пустырь с небольшой автостоянкой, еще дальше поблескивала вода. Карта в ноуте подсказала – река Ахтуба.

– Вот в том доме я живу, – Рамирес указал большим пальцем на девятиэтажку за спиной. – Байки ставьте на стоянку. Ко мне частенько гости забредают, выделяться не будете. И за байки не беспокойтесь, охрану я уже лет пятнадцать знаю.

Мы покатили мотоциклы за сетчатую ограду. Я не удержался и тихо спросил у Рэндома:

– Рамирес – он кто вообще?

– Ты не знаешь?

– Нет.

– Это давний недруг Ганнибала. – Вожак «Амбера» ухмыльнулся, увидев, что я оторопел. – Серьезно, он с Баркой давно на ножах. Правда, они уже лет пять как перестали враждовать. Ты разве недавно райдишь, Змей?

– Те же пять лет будут.

– А, тогда ясно. Да и противостояние не слишком афишировали. Говорят, этого не хотели ни Барка, ни Рамирес. Оно уже в разряд старперских баек перешло, о которых многие и не подозревают.

– Черт, мне уже интересно. Расскажешь?

– Нет. Я толком деталей не знаю, это уже через третьи-четвертые руки получится. У Рамиреса спроси. Если не пошлет, то расскажет. Мне, правда, не рассказал, – Рэндом нахмурился. – Не любит трепаться на эту тему, понимаешь?

– Угу.

Я оглянулся, заметил, что к разговору прислушиваются остальные райды. Натянул на «Кавасаки» чехол, поспешил к выходу. Седой байкер пыхнул трубкой, оглядел толпу и вынес вердикт:

– Белоснежка и гномы.

– Она не Белоснежка, – возразил Юстиниан. – Она – Маргаритка.

– Знаю я. Вчера вечером изучал, чего пишут о ваших физиономиях. Ну, идем.

В прихожей едва хватило места всей группе. Было заметно, что хозяина часто навещают многочисленные гости: на трех стенах красовались двухрядные вешалки.

– Ботинки можно не снимать. Кто снял – топает в ванную мыть ноги.