Я присел над телом Зайры. Она лежала так, что изуродованная щека была мне не видна, и быть может по этому, а может из-за плохого освещения, я на мгновение залюбовался ею. Нет, в самом деле, там, в тусклом свете электрических ламп каюты катера, она показалась мне настоящей красавицей… мертвой красавицей.
Склонившись, я вглядывался в черты Зайры. Такая женщина, при соответствующем воспитании, могла бы осчастливить любого мужчину, но она избрала иной путь. И результат… Жаль. Ведь если бы там, на набережной я столкнулся с кем-то другим… Впрочем к чему жалеть? В любом путешествии по СПб потери неизбежны. Вообще, если б нее Рыжик то неизвестно, сколько из нас осталось бы в живых.
Осторожно взяв на руки я вынес на палубы труп Зайры. Там меня ждала вся команда. Питер как обычно то ли сидел на корточках, то ли стоял, низко опустив свою уродливую голову. Тимур выглядел совершенно равнодушным, Ветерок жался в уголке больше всего напоминая серый клубок мокрой шерсти из которого торчал длинный розовый хвост, а Рыжик. Он развалился на носу лодки и… спал, или делал вид, что спит. Оглядев еще раз всю свою команду, я подошел к борту лодки и осторожно опустил тиле Зайры в воду. И речная пучина поглотила ее. Именно так, возвышенно и пафосно.
Потом, повернувшись к своим сотоварищам, я поинтересовался:
— Итак, что дальше?
— Это ты должен нам сказать, — фыркнув, пробормотал Тимур.