— Подождите! — вдруг испуганно закричал Кервин.

Мы остановились.

— В чем дело? — спросила Анша недовольно.

— Орузоси пропал!

— Как пропал? — удивилась девушка.

Мы столпились вокруг Кервина. Он показал нам конец веревки. Она была обрезана.

— Что за ерунда, — пробормотал я.

У Анши задрожали губы. Кервин тоже выглядел бледновато.

— Кто мог его утащить? — нетвердым голосом произнесла Анша. — Да еще так тихо, что никто ничего не заметил… А ты, Кервин? Неужели не было ничего странного?

— Нет, — сказал Кервин. — Я все время слышал его шаги, а потом задумался на минуточку… А когда раздумался, то сразу обратил внимание, что что-то не так.

— Задумался он! — в сердцах воскликнула Анша. — У тебя голову с плеч снимут, а ты и не заметишь!

— Чем громче вы орете, тем лучше нас слышат наши шестиногие друзья, — сказал я.

Они притихли, стушевавшись.

— Надо вернуться и поискать Орузоси, — сказал я. — Что же с ним случилось?

Кервин и Анша замолчали. Я знал, о чем они думают, хотя им и ужасно стыдно. Все это время мы шли вперед, приближаясь к небу, солнцу и ветру. А теперь надо было повернуться спиной ко всему миру и идти обратно. Эти мысли никак не были связаны с теми чувствами, которые они испытывали к Орузоси, особенно Анша, как я полагаю. Это было слепое, инстинктивное желание наземного животного оказаться в своей стихии. Спокойное и жестокое знание того, что Орузоси уже скорее всего ничем не поможешь. Весьма возможно, что его утащили тараканы и уже съели, и идти искать его означало и самим подвергнуться большому риску.

В этот момент раздались шаги. Тихие, торопливые и очень осторожные. Я повернулся на звук, вскидывая пиэрсу. В конусе света от моего фонарика появился Орузоси. Кервин не позволил себе даже облегченного вздоха, но я знал, насколько он рад возвращению Катимаро. И тому, что путь к солнцу и свободе можно продолжать.

— Свои, — с необычной веселостью в голосе сказал Орузоси.

— Где ты был? Зачем ты обрезал веревку? — спросила Анша.

— Мне нужно было побыть одному, — сказал Орузоси. — И не хотелось привлекать общественное внимание.

Анша неуверенно улыбнулась.