Из дождевого леса донеслось хрюканье – кажется, вышел на охоту гибрид цапли и суслика: отвратительный болотный мутант с кожистыми крыльями и длинным клювом, обожающий жить в норке. Оба собеседника, однако, не обратили на эти звуки внимания.

– Ладушки, будь по-твоему, – хмыкнул Жрец, почесав полную вшей седую бороду. – Откровенно говоря, я тоже не фанат назаретян. Что ж, бери нирванизм – обещаю, не пожалеешь. Абсолютно овощная религия. Сиди себе да медитируй – проваливаешься в собственные мысли и видишь в глубине сознания яркие философские миры, где…

– Оооооооо, – заинтересовался клиент. – Видать, хорошая штука. Обычно для созерцания миров у нас в Семи Холмах трут мухомор, набивают порошок в трубку, сверху радиоактивный мох… такая чума грезится, что диву даешься. А тут, стало быть, на мухоморе экономия? Общество оценит. Только один вопрос: есть ли в наличии боги войны, насколько они кровожадны и какие жертвы следует им приносить? У нас мало живности… разводим только кур, но они рождаются в форме бублика… редкая мутация…

– Ну… – замялся Жрец. – Богов войны не предусмотрено.

– Совсем?!

– Да. Натуральный пофигизм, типа… вот будь что будет. Надо мирно воспринимать зло. Тебе дали в морду, а ты так улыбаешься и вежливо говоришь: «Спасибо». Трахнули твою жену, а ты спрашиваешь: «Еще разок не хочешь?» Отобрали золото, а ты волнуешься: как враг слитки домой донесет, ему ж тяжело! А после впадаешь в нирвану и грезишь…

У клиента отвисла челюсть:

– И много племен придерживалось этого… нирванизма?

– Полно. И в Китае, и на азиатских островах, растворенных Плутоновым морем…

– Ужас какой! Не-не, и даром не надо… в задницу философские миры.

– Не торопись с выводами, – мягко возразил Жрец. – Ты же еще не все узнал, верно? Оцени сюрприз: по правилам нирванизма, если ты умираешь, то как бы не насовсем. Твоя душа переселится в другого человека – а может, и в животное. Или даже в бабочку. И это не предел. Позволяется стать хоть деревом – стоишь тихонько в чаще, листвой колышешь…

Клиент вытер холодный пот, в страхе глядя на Жреца.

– Да они в своем Плутоновом море совсем с ума посходили! Как после такого жить? То есть, выхожу я ночью охотиться на крысокабана – а это, может быть, мой родной папа? Завалю его в темечко парой гвоздей – он лежит, светится в темноте и смотрит на меня с укором всеми семью глазами – как же так, сынок? Помнишь, мы с тобой у Зловонного океана быколягушек шмаляли из снайперки? А потом кровь хлынет ручьем из пасти, и…

Глаз клиента моргнул, и на щеку скатилась слеза.

– Утомил уже себя жалеть! – безжалостно прервал трагическую речь Жрец. – Что ты сразу папу вспомнил? Ведь точно таким же образом можно и бывшую тещу завалить. А если она после смерти в крокодила переродится – так, извини меня, вдвойне приятно.