Ну а дальше был праздник как праздник, в модном сейчас антураже 60-х годов XX века. Много веселились, много пели, ели и пили. Хотя нет, пили как раз немного, а вот всего остального было в избытке. Ну и обстановка была весьма непринужденная – группа свежеиспеченных дворян, вначале державшаяся вместе, растаяла на глазах, как снег под весенним солнцем, и затерялась в огромном зале. Соломин, кстати, от своей дамы потихоньку тоже сбежал – незаметно появившийся в разгар праздника император попросил его представить свою спутницу. Соломин и представил, а потом оставил мило беседовать – выпила девчонка не так уж и много, но тормоза это ей сняло, и общалась она вполне раскованно. Да и вообще, присутствие императора не вызвало никакого ажиотажа – ситуация, когда император гуляет по улице или сидит в кафе, для Российской империи была совершенно обыденной.

Было у Соломина предположение, что сидящий на вершине пирамиды власти родственничек хочет банально прощупать девушку на предмет, кто она, что она и с чем ее едят. Ну, хочет – пускай действует, ничего против капитан не имел. Тем более, слову императора о том, что вреда девушке не причинят, он вполне доверял.

Ну а пока дама развлекалась, Соломин тоже решил чуточку отвлечься, тем более что здесь присутствовало немало его знакомых. С одним из них, капитаном второго ранга Валеевым, они и накатили, вспоминая старые времена, когда были еще совсем молоды и сопливыми лейтенантами браво гоняли французов во время одной совершенно секретной и жутко важной операции. Через некоторое время к ним присоединились еще несколько человек, и темп мужских посиделок начал стремительно набирать обороты. Короче говоря, намечалось приятное времяпровождение, которое было, как это часто и случается, резко и жестко прервано.

– Я вам не помешаю? – раздался позади Соломина мелодичный и невероятно знакомый голос. Его он узнал бы из тысячи, и, наверное, это был тот самый голос, который ему не хотелось бы слышать ни при каких обстоятельствах.

– Помешаете – максимально спокойно, не оборачиваясь, ответил Соломин.

– Ну, значит, помешаю, – показалось ему или в голосе явственно прозвучал смешок? – Господа офицеры, может, кто-нибудь подаст даме стул? Или мужчины среди вас уже перевелись?

Аргумент сработал убойно – кто-то немедленно встал, предложил даме стул. Ну а дама, естественно, не стала отказываться – села на него и с интересом посмотрела на Соломина. Ну что же, самым разумным при таком раскладе, наверное, было бы встать и уйти, однако, как известно, извилины придумал трус. Поэтому вместо того, чтобы отойти куда подальше, Соломин решительно придвинул к себе тарелку и смачно захрустел жареной курицей, не обращая внимания на вновь прибывшую.