Он повел их за собой по коридору, через шлюз корабля, а затем через грузовой шлюз в приемную камеру. Это оказалось большое полутемное помещение с оплавленными каменными стенами. Донал отмерил часть одной стены, и люди с плазменными резаками приступили к работе. Три минуты спустя они оказались в служебной секции подземной резиденции Коби.

Они находились среди хитросплетений небольших туннелей, ширины которых хватало лишь для того, чтобы мог пройти один человек. Стены покрывал постоянно светящийся слой; в этом холодном белом свете они проследовали по одному из туннелей и вышли в сад.

Вероятно, сейчас по местному временному циклу была ночь. Темнота окутывала сад и великолепную имитацию звездного неба над головой. Впереди справа находились жилые помещения, в окнах которых горел мягкий свет.

— Двоим охранять выход, — прошептал Донал. — Остальные за мной.

Пригнувшись, они пробежали через сад к основанию широкой лестницы. Наверху виднелась одинокая фигура, ходившая взад и вперед по террасе перед большим окном.

— Капитан, — сказал Донал.

Эль Ман скользнул в кусты под террасой. Мгновение спустя его темная тень внезапно возникла на террасе позади вышагивающей фигуры. Их очертания слились, осели, а затем осталась лишь тень Эль Мана. Он махнул им рукой.

— Троим охранять террасу, — прошептал Донал, когда они оказались наверху лестницы.

Эль Ман отобрал себе несколько человек из штурмовой группы, и они двинулись дальше, в дом.

Едва они появились в главном зале, как тут же оказались под прицелами оружия, направленного на них сразу из трех соседних комнат. Солдаты мгновенно бросились на пол и открыли ответный огонь. Они оказались буквально прижаты к земле.

Они — да, но не трое дорсайцев. Реакция Донала, Яна и Эль Мана была обусловлена их врожденными рефлексами и специальной подготовкой — именно благодаря подобной реакции дорсайцы считались особо ценными профессиональными солдатами. Все трое среагировали инстинктивно и одновременно, за долю секунды до того, как по ним был открыт огонь. Похоже было, что сыграло свою роль даже некое предвидение. Так или иначе, они молниеносно развернулись, бросились к одной из вражеских дверей и, достигнув ее, захлопнули за собой, оказавшись вместе с несколькими противниками — прежде чем те успели вытащить оружие.

И снова сыграло свою роль превосходство дорсайских солдат. В помещении было восемь человек, все явно ветераны. Но даже двое из них не могли противостоять в рукопашной схватке одному дорсайцу, и в дополнение ко всему дорсайцы обладали тем преимуществом, что могли почти инстинктивно узнавать друг друга в темноте и объединять свои усилия без необходимости что-либо обсуждать. В результате происходящее выглядело дракой троих зрячих с восемью слепыми.