— Пользуясь данными мне полномочиями, — произнес я, — временно назначаю вас своим помощником. Это обязывает вас подчиняться моим приказам. Вы должны проследить, чтобы никто в этой больнице не пытался открыть эту дверь или проникнуть в это помещение, пока на то не будет дано соответствующее разрешение полиции. Я возлагаю ответственность на вас. Вы поняли?
Он заморгал, глядя на меня. Но прежде чем он успел что-либо сказать, снова послышался шум и появился Пел, буквально таща за собой человека тоже в куртке старшего хирурга.
— Здесь! — кричал Пел. — Прямо здесь. Доставьте сюда систему жизнеобеспечения…
Он замолчал, поймав взгляд Чжу.
— Что? — спросил он. — Что происходит? Кенси там? Мы не хотим, чтобы дверь опечатывали…
— Пел, — сказал я, положив руку ему на плечо. — Пел!
Он наконец почувствовал мое прикосновение и услышал меня. С яростным лицом он повернулся в мою сторону.
— Пел. — Я говорил медленно и отчетливо, — Он мертв. Кенси мертв.
Пел уставился на меня.
— Нет, — раздраженно воскликнул он, пытаясь оттолкнуть меня. Я удержал его. — Нет!
— Мертв, — повторил я, пристально глядя ему в глаза. — Мертв, Пел.
Он тоже, не отрываясь, смотрел на меня, и я отпустил его.
— Мертв? — послышался его шепот.
Пел прислонился к выкрашенной в белый цвет стене коридора. К нему двинулась было медсестра, но я сделал ей знак остановиться.
— Просто оставьте его ненадолго в покое, — сказал я и снова повернулся к двум дорсайским офицерам, которые теперь проверяли, хорошо ли закрыта дверь.
— Если вы поедете в комиссариат полиции, — предложил я, — мы сможем начать охоту за тем, кто это сделал.
Чарли коротко взглянул на меня. Его лицо утратило дружелюбное выражение, однако не было на нем и следа шока или ярости.
— Нет, — спокойно проговорил он, — Мы должны доложить о случившемся.
Он вышел, следом за ним Чжу, двигаясь столь быстро, что мне пришлось бежать, чтобы не отстать от них. Оказавшись на улице, они снова сели в полицейскую машину. Чарли — за руль. Я забрался на заднее сиденье и почувствовал кого-то рядом с собой. Это был Пел.
— Пел, — сказал я. — Лучше останьтесь…