Я постарался принять максимально невинный вид. Нет, это не я вылакал бутыль крепкого пойла, с какого-то перепуга названного вином.

А я сказал – не я!

Нас двое было…

Но, судя по всему, Уфиру на такую мелочь было начхать. Он бросил мне:

– Собирайся, – и принялся в темпе паковать дорожный мешок.

У меня вещей почти не было – две рабочие одежды, сапоги, тапки и мешок – простой, подаренный Занударием. Судя по состоянию мешка, с ним погиб какой-то Легионер… От этого мешка ощутимо тянуло горелым, очевидно, тот пытался им закрыться от фаербола. Там же – простой нож из металла средней паршивости…

– Куда? – Я опешил.

– В столицу. Гриэлю пришло послание. Он написал, что нашел Высшего демона, человека, прошедшего Перерождение и получившего Скрепы. Теперь в Канцелярии решили поспешить привести тебя к присяге.

– То есть? Что, клеймо какое-то?

– Расслабься. Некоторые правители требуют от своих подчиненных именно Клятвы Крови, но они, как правило, плохо кончали. А вот наш правитель верит на слово – и если ты не засланный лазутчик, все будет в порядке.

– А он не боится плохо кончить? – заметил я, закидывая мешок на плечи.

– Нет. Он, знаешь ли, Архимаг Разума. И считает, что смерть в случае предательства – а он легко все узнает даже на расстоянии – слишком просто.

Уфир стоял в центре комнаты.

– Поверь, предавать его никто не собирается. Больно правитель хороший. И умный. Так что крайняя попытка переворота закончилась триста лет назад широкими гуляньями на Арене Пяти Армий.

– Не понял? – удивился я.

– Обычно там проводят гонки и поединки – не насмерть, разумеется. Ну и дуэли. Но в тот раз Повелитель решил вспомнить времена своих предков…

Лишенные разума Высшие демоны сражались друг с другом насмерть. Оставшихся в живых после этого отправили в соседний Дом, для тренировки молодняка на живых мишенях. Кого-то оставили в Академии – они потеряли свою сущность и теперь работают на хозяйственных работах. Как Големы.

Уфир внимательно посмотрел на меня. Я ощутил жгучее желание держаться от столь интересного места, как столица Дома Орлер, подальше.

– С тех пор восстаний и интриг не было… Никто не хочет кончить ТАК.