— Выдержу. — Прогудел гигант, опираясь на своего «Печенега», как на костыль. — Давайте двигаться. А то сейчас, не приведи господи, нас ещё и «серые» догонят.

Скопа помогла Насте дойти до двери, протиснулась с ней, и, посадив девушку на пол, взялась за ручку. Снайпер пристально смотрела в коридор, держа наизготовку пистолет.

Мы с Большим, пыхтевшим при каждом шаге, доковыляли до нашей цели. Я придержал его за локоть, помогая поднять ногу через металлический порог герметичной двери.

И ничего не успел ни понять, ни сделать, когда он одним сильным толчком отправил меня внутрь помещения за ней. А потом пинком закрыл дверь. И ещё я услышал хруст замка, который Большой разбил ударом приклада.

— Большой!!! — Скопа, отлетевшая от пинка по двери в сторону, вскочила и метнулась к маленькому стеклянному окошку, врезанному в самый верх двери. — Дурак! Что ты наделал?!! Зачем?!!

Я подошёл к ней, взглянув через давно ставшее мутным, покрытое пылью, стекло…

Он смотрел через него на нас, нахмурив свои густые брови, и улыбался. Потом поднял вверх пулемёт, показал нам кулак с поднятым большим пальцем и кивнул головой, прощаясь.

Большой решил остаться и прикрыть нас. Сломал замок, который теперь намертво заблокировал дверь, и решил дождаться сектантов. Наш громадный, сильный, страшный и безумно добрый друг. Он дал нам ещё одну возможность выжить…

Вот так вот, такие дела… Скопа постояла, уперевшись лбом в стекло окошка, что-то шепча одними губами, потом стукнула кулаком по двери, и, не оборачиваясь, пошла вперёд.

Настя махнула рукой, и пошла за нею следом. Я попробовал вызвать Большого через встроенный в шлем переговорник, но окружающие нас стены и металл надёжно блокировали радиоволны. Махнул ему рукой, и пошёл за своими девушками. А-ля гер, ком а-ля гер, как говорится.

Нам оставалось пройти один завиток в этом спутанном клубке коридоров и переходов, в которых остались и наши друзья, и, вместе с ними, куски нашей жизни. Я шёл вперёд, аккуратно обходя трещавшие «разрядники», механически огибая торчащие куски арматуры и искрящие провода, свисающие с потолка. Тело послушно выполняло все команды, не показывая ни грамма усталости, но я чувствовал, как устал глубоко внутри. Даже когда мы со Сдобным только становились опытными рейдерами, у меня не было такой сложной и страшной ходки.

Да, мы прошли достаточно быстро и легко большую часть пути, но зато каков её конец? И стоит ли цель того, что пришлось за неё заплатить? Не знаю…

Вот впереди уже виднеется мигающий красный маячок над ещё одной герметичной дверью, и, возможно, именно она и есть наша конечная остановка. Казалось бы, что после всего того, чем пришлось пожертвовать: жизнями друзей, и, пускай и незнакомых, но явно не самых плохих ребят-спецназовцев, нужно бы радоваться.