Сердито засопев, Виктор сделал несколько шагов в сторону двери и тут же вернулся обратно. Его движение немедленно отразилось на экране: одна из четырех красных точек сдвинулась и вернулась на свое место.

Первой поняла Елена:

– Мы можем наблюдать за перемещениями…

Она не успела договорить: в рациях зашипело, и властный голос грубо осведомился:

– Кто на связи? Доложите обстановку!

Ответил Тян:

– А там кто? Сами докладывайте!

Все дружно повернули головы к «мумиям», но те по-прежнему были увлечены своей таинственной работой.

– С вами говорит комендант гарнизона генерал армии Рябцев!

– Идите на хрен, ваше благородие!

Андрей нахмурился: любая информация могла стоить жизни. Он вынул из кармана на рукаве свою «мыльницу» и впервые представился в Бункере по всей форме:

– Заключенный Полозов. Личный номер девять-шесть-два. Измена Родине.

Генерал не стал комментировать дерзость корейца, но посчитал важным сразу показать, кто в Бункере хозяин:

– Почему не расстрелян?

– Ввиду прошлых наград отправлен в штрафбат. Искупить вину кровью.

– Искупил?

– Никак нет, товарищ генерал. Засыпало взрывом снаряда. Лежал под грунтом трое суток. Контузия. Госпиталь. Бункер. Реабилитации не подлежу, поскольку крови не было, а к фронту не годен.

– В чем провинился?

– Отказался выполнять приказ остановить «Барс» силами роты.

– Причина отказа?