– Это как же они ухитряются, интересно?

– Все очень просто, Большой… А вы чего не едите? Кушайте, этот обед в городе сейчас стоит целое состояние. За золотой можно купить краюху хлеба… а такая жареная курица затянет не меньше чем на двадцать золотых, так что кушайте, кушайте! На данный момент это самый дор-рогостоящий обед в вашей жизни, не сомневайтесь.

– Да мы поедим, – заверила Натача, – но ты лучше расскажи, что дальше. Ведь ты уже все решил, я… чую это, – съязвила она.

– Не только решил, но уже и сделал, – самодовольно усмехнулся проводник, после чего глотнул еще вина.

– А где твое копье? – неожиданно заметил Николас недостающую часть вооружения. – Ты что, с кем-то уже повздорил, пока в разведке был?

– Нет, нет! Именно копье и поможет нам выбр-раться из этой ловушки. К тому же думаю, что я сдержал данное викингам обещание, даже больше. Это копье займет более чем достойное место в истории этого мира.

– В смысле? – удивился Николас. – Поясни.

Несси доел курицу и приступил к сыру.

– От многочисленных смертей и страданий у дошедших до Антиохии крестоносцев произошли изменения в сознании… Воины решили, что они избр-ранные, и… осаждая этот город, свято верили, что все, как один, стали орудиями Господа. Пр-ричем никого из них не смутил тот факт, что еще до их прихода… христиане преспокойно жили-поживали в этом городе… наряду с мусульманами и верующими других конфессий. Всех все устр-раивало, и ни о каком освобождении, принесенном из-за моря, местные христиане не пр-росили. Но в результате вмешательства крестоносцев местный патриарх был вывешен за стену в железной клетке. Это вызвало непопр-равимое последствие… и когда город был взят крестоносцами, смерть постигла уже всех жителей-нехристиан.

– Теперь дети Аллаха, осаждающие город, сделают то же самое, как только прорвутся внутрь! – сказала Натача, догадавшись.

– Не успеют, – усмехнулся проводник, – теперь здесь есть мы, а у нас совсем другие планы.

– Так просвети наконец, – не выдержал Николас, – что ты все вокруг да около ходишь!

– Это чтобы вы смогли оценить пр-роделанную мной титаническую работу! – оживленно пояснил Несси. – Но я сам поначалу тоже расстроился, пока мне в голову не пришла спасительная идея. Все крестоносцы беспр-рестанно молятся, и от голода и религиозного экстаза в их сознаниях грань между мирами, реальным и воображенным, крайне истончилась. Прикиньте, они даже изгнали всех женщин, в ожидании чуда и божьей милости! Вот я и решил устроить им и то, и другое.

Он наконец доел курицу и сыр, допил вино и уже не делал пауз между фразами.