Он слишком усердно заставлял компьютер не обращать внимания на состояние внутренних механизмов своей машины. Определив, что в самом ближайшем времени двигатель боевого робота неминуемо взорвется, электронный мозг заглушил реактор и отстрелил верхнюю часть головы «Алебарды» — вместе с Ахиллом Дау — в молочно-белое утреннее небо.

Даже если отбросить обычную браваду «кабальерос», лицензия водителя боевого робота еще не делает человека настоящим пилотом. Из пятнадцати сдвоенных терморадиаторов «Алебарды» десять были сняты для прочистки и ремонта и сложены в ангаре. Рассказ Зумы Гальегоса о неисправном подшипнике в бедре соответствовал действительности, но только этот дефект, давно устраненный, не имел никакого отношения к истинной причине, по которой машина дона Карлоса находилась в ремонтной мастерской. Механики Зумы очищали демонтированные радиаторы от накипи, и как раз в этот момент их захватили ворвавшиеся в ангар заговорщики. Зума, усыпив бдительность предводителя командос, подправил датчики так, чтобы они не сообщали об отсутствии радиаторов. Дау, со свойственной ЭУОД надменной пренебрежительностью, решил, что «неверный» под страхом смерти выполнит всю работу качественно, и даже не потрудился обойти робота и лично убедиться в исправности машины…

Отклонив корпус «Бешеного кота» назад, Кали проводила взглядом крошечную черную точку, взмывшую по дуге в небо и улетевшую на восток. Ярким цветком распустился желто-красный парашют. По радиопереговорам молодая женщина поняла, что имеет дело с предводителем заговорщиков, только что хладнокровно убившим Ричарда Гальегоса. Ее палец непроизвольно потянулся к гашетке. Надо поджарить его, пока будет спускаться.

Однако она не смогла заставить себя расстрелять спускающегося на парашюте бойца, какие бы преступления тот ни совершил. Кали считала большую часть кодекса пилота боевого робота вздором, но один пункт она все же не могла нарушить. «Черт побери, я стала слишком сентиментальной», — подумала она.

Страшный робот Кланов повернул свою черную акулью морду. Сейчас кое-кто почувствует на себе гнев Кали.

— Касси, — воскликнул Бак Ивенс, недоверчиво оглядывая механическую стремянку, — даже для тебя это уже слишком!..

В дальней части ангара снова вспыхнула перестрелка. На площадке, где стояли боевые роботы Семнадцатого полка, бушевал настоящий бой. Касси буквально плясала на месте от нетерпения, горя желанием покончить с позиционной войной в мастерских, пока на улице еще не перебили всех ее товарищей.

— Я сяду в люльку, а ты поведешь подъемник, — ответила она. — Если ты так боишься, я сама сяду за штурвал «Ориона».