— Заходи, бродяга. — Он крепко обнимает меня. — Что за муза с тобой?

— Алиса, знакомьтесь — это Леннон, в жизни Виталий, а это Алиса.

— Хвалю: и девушка красивая, и имя… «…А на Кресте не спекается кровь… И как эпилог — Любовь?»[5]

— «Будь что будет!» — напевает мой Лисенок.

— Ух, Арт, я тебе завидую! Давайте, заходите — осталось Нату дождаться — и все в сборе.

— А ее муж отпустит?

— Пусть рискнет поступить иначе! — Виталик выразительно хрустит пальцами.

Хмыкаю, отодвигаю его плечом и пропускаю Алису вперед.

Сняв куртки и разувшись, проходим в комнату, откуда слышатся звуки гитары.

— Привет, underground! — здороваюсь со всей честной компанией; парням пожимаю руки и хлопаю по плечам, девушек невесомо целую в губы.

Надеюсь, что «душа моя» не приревнует.

— Арт! Ты что, в цивилы подался?

— Типа того, Олежка. Знакомьтесь, моя девушка — Алиса.

Парни всё правильно поняли и просто легонько пожимают ей руку.

Обнимаю свою девушку за талию и окидываю всех взглядом. Олег, еще один Олег, Димка, Катя и Лиза. Смотрят с легким интересом и весьма радушно. Эх, давно мы вместе не собирались…

Снова стук в дверь: вот и Ната.

Заходит в комнату, награждает меня легким поцелуем в губы и таким же — Алису. Та от удивления аж подняла брови.

— Все в сборе, — влетает Леннон, поправляя очки. — Повод не слишком жизнерадостный, но…

— Да… — тянет один из Олегов. — Димка, разливай.

— На небесах играет великолепная музыка, — после того как все разобрали стаканчики с водкой, произносит Виталик, — и, как спел Ревякин, еще сто лет ему жизни: «Когда задуют наши костры, вас станет знобить».[6] Он был прав: я мог бы перечислить имена, но зачем? Вы и так их знаете и помните. Поэтому скажу одно: ребята, мы вас помним и любим! Пусть будет легок ваш путь, и гитары всегда настроены!