– Да и насчёт ругани можно поспорить. Немцы из Кильского университета установили: когда человек ругается, у него повышается уровень эндорфина.

– Чего?

– Гормон такой, его называют гормоном радости. Он, кстати, выделяется и когда человек счастлив.

Роберт Салтанович заржал.

– Значит, чем больше я ругаюсь, тем больше счастлив?

– Опять же в меру, старик, в меру.

Где-то далеко в горах послышался гром.

Все замолчали, навострив уши.

Гром повторился, уже ближе, перешёл в лопотание.

– «Вертушка»! – вскочил Волков. – А обещали прилететь в двенадцать.

В дальнем конце пещеры, выходящем в горы, появился спешащий Валентин, на бегу поднял руку.

– Сергей Николаевич, «вертушка»!

– Слышу, надо просигналить лётчикам.

– Это военная «вертушка», «ночной охотник».

– Ми-28Н, что ли?

– Он самый, рыщет над той пещерой, откуда мы ушли.

– ЗРК бы сюда, – сквозь зубы процедил Роберт Салтанович, – типа «Иглы-2М». Это ты не додумал, Николаич, надо было захватить…

Саблин вдруг сел. Прохор рядом с ним тоже.

– Что за суматоха?

– Вернулись! – взвизгнула Валерия, бросаясь к мужу.