– Я понимаю, понимаю… я видела это в Доме Памяти… Люди лишаются разума и творят бесчинства, чудища ползут из моря, калеча и пожирая людей, стаи птиц терзают живых и мертвых… Смерть в эти дни может быть мучительной, а тот, кто дарит ее быстро, дарит милость… Но не тревожься, любимый мой, не от тебя Зарайя примет этот дар. Я все сделаю сама.

Больше они не сказали ни слова о смерти и об увиденном в Доме Памяти. Но когда пришла ночь, поцелуи Дайаны были жаркими, и обнимала она Калеба с такой силой, словно ждали их разлука и вечный сон.

Глава 16 Пещеры

Глава 16

Пещеры

– Можно подвести итог наших работ, – сказал доктор Аригато Оэ, массируя покрасневшие глаза. Дуайен выглядел утомленным, но, кажется, усталость не лишала его энтузиазма. – Должен отметить, что мы существенно продвинулись, изучив образцы с захоронения боргов. Вчера я отправил их с зондом на корабль для повторных и более точных исследований, и сегодня получил ответ. – Он повернулся к экрану над пультом связи, где маячила фигура капитана Ковальского. – Людвиг отлично справился с анализом. Что касается гипотезы о цефеиде…

– Она не подтвердилась, – пробурчал капитан. – Полная глупость! Также могу добавить, что Боргу не грозят кометы, астероиды, дыры в озоновом слое и второе пришествие Святых Бозонов.

– Не богохульствуйте, сын мой. – Брат Хакко скривил тонкие губы. – Я сомневаюсь, что этот мир – творение Бозонов. Скорее уж, демонов.

Ни дуайен экспедиции, ни Калеб с Дайаной не обратили внимания на слова монаха. Десмонд же, развернувшись к экрану, произнес нравоучительным тоном:

– Неподтвердившаяся гипотеза вовсе не глупость, капитан, а отпавший вектор поисков. Теперь мы знаем, что причина катаклизма не носит космического характера, не связана с планетарной атмосферой и разрушительными силами стихий. Вероятно, глобальную пандемию тоже стоит исключить. Мы не нашли вирулентных микроорганизмов – во всяком случае, способных представлять угрозу для населения всей планеты.

Доктор Аригато согласно кивнул.

– Причина в метаболизме боргов, теперь мы в этом уверены. Анализы костной ткани показали, что в древних образцах очень немного энзима или фактора Х, но с течением столетий эта продукция гипофиза растет, достигая некоего максимума. Этот уровень, как я предполагаю, не совместим с нормальным функционированием организма, что относится в равной степени и к людям, и к животным.

– К животным? – переспросил Калеб. – Вы говорите о всей планетарной фауне?

– Да, Охотник. Мы исследовали эту тварь, огромную черепаху, убитую вами под утесом, и несколько десятков птиц и мелких грызунов. У всех гипофиз увеличен, в тканях много фермента, хотя по составу и строению он отличается от человеческого. Такова биологическая природа этого мира: жизнь цветет в течение определенного периода, потом цикл завершается, и все живое вымирает. Это особенность местной биосферы, и борги, предвидя такой исход, целенаправленно уничтожают друг друга. Вероятно, смерть в бою не так мучительна, как в Дни Безумия, и потому…