Моросил холодный, мелкий дождь. От земли снова стал подниматься туман.

Опасаясь «сюрприза», Капитан внимательно осмотрел оконный проем, ощупал его каждый сантиметр. Перегнувшись через подоконник, он осмотрел почерневшие половицы, усеянные прошлогодней, пожухлой листвой.

Дом равнодушно принял в себя путников, встретив их угрюмой тишиной и пустынностью. Повсюду в комнатах гулял сквозняк, пахло плесенью и слежавшимися старыми тряпками. Незваных гостей, окружили дискомфорт и неустроенность.

Как последствие недавнего взрыва мины, в ушах еще стоял невыносимый, монотонный гул. Путники скорее чувствовали нутром чем слышали, как под ногой скрипят половицы и хрустит мелкое, битое стекло.

Бегло осмотрев смежные, пустые комнаты с голыми стенами, по обычной двухмаршевой лестнице, сталкеры поднялись на второй этаж.

Осмотрев лутку, Капитан чуть приоткрыл дверь.

— Ага, банальная растяжка. А я уже было решил, что зря осторожничаю. Придержи.

Он достал из кармана рюкзака набор инструментов в кожаном чехле. Развернув чехол, достал кусачки.

Губки кусачек дотронулись тонкой металлической проволоки, а в голове промелькнула закономерная мысль, — А вдруг детонатор сработает на разрыв. — Он облизал пересохшие губы. — Хотя, нет. Натяжка струны слабая. — Капитан чуть повернулся в сторону своего товарища. — Рик, ну-ка, отойди.

Ксандр отступил на шаг опустившись на несколько ступенек вниз и присел на корточки.

— Все, работай.

Капитан зажмурил глаза, и с силой сжал ручки кусачек. За характерным щелчком, более ничего не последовало, и облегченно вздохнув, он осторожно открыл дверь.

Посреди просторной комнаты, за баррикадой из мебели и мешков песка, на стуле сидел стрелок. Вокруг него, по всему полу лежали россыпи стреляных гильз.

— Тьфу ты. — Капитан опустился на корточки, и осторожно разжал усики чеки на взрывателе гранаты. — Ты только посмотри чего он тут удумал. — Рядом с местом, где крепилась граната, стояли два армейских ящика, доверху заполненные толовыми шашками. — Если бы рванула граната, дом разнесло бы в щепки.

Осматриваясь, сталкеры осторожно подошли к баррикаде.

Рик осмотрел стрелка, давно превратившегося в мумию, все еще сжимавшую в ссохшихся руках снайперскую винтовку, будто выцеливая кого-то незримого, далеко-далеко за пределами оконного проема.

— Убит выстрелом в затылок.

— Сколько он уже мертв?

— Труп годичной давности, а то и более.