Это случилось при осаде Доро.

Он находился на южной стене, совсем неподалеку от того места, где случился прорыв, и порождения, точно приливная волна хлынули на улочки города. Их с Вархидом людским потоком унесло от стены, с ещё несколькими защитниками города они забаррикадировались в каком-то доме — Безымянный так и не узнал, что это был за дом и кому он принадлежал. Они отбили несколько первых атак, потом дверь треснула, порождения ворвались внутрь, кого-то из защитников убило, кто-то был оттеснен в другие комнаты, Александр же в паре с Вархидом оказался зажат у лестницы на второй этаж. Там-то всё и произошло. Старый следопыт перебрался через перила, оказавшись за спиной молодого кона, — и Безымянный почувствовал дрожь Агронивайса только потому, что все его чувства были напряжены до предела схваткой — а затем неведомое ему плетенье встало стеной между ним и прибывающими порождениями, а вслед за стеной всё пространство перед лестницей обволокло какое-то странное, ни на что не похожее облако, разглядеть которое мог лишь одаренный. Эта облако, как объяснил ему впоследствии Вархид, и было плетеньем Ко`вра-те. Беснующиеся порождения, натыкаясь на невидимую преграду, приходили в ещё большую ярость — их вопли и завывания становились всё громогласнее! Видимо, на эти-то вопли в дом и заглянул один из младших филидов, решивший, вероятно, проверить, с чего это его «детки» так расшумелись. Разобравшись в происходящем и ощутив стену, он сотворил «молот» и обрушил его на невидимую преграду… То, что осталось от филида и его подопечных, после того как «молот», развернувшись, обрушил всю свою мощь на собственного творца, — нельзя было назвать даже останками!

Безымянный встряхнулся. Последние энергетические элементы встали на уготованные им места формы. Завершенное плетение мягко перешло в реальный мир и, повинуясь воле создателя, впиталось в дверь, опутав её — для тех, кто способен видеть, — мягким золотисто-оранжевым туманным покровом. Незнакомый с особенностями Ко`вра-те плетельщик (а таковых, как надеялся Александер, среди техников не окажется) почти наверняка посчитает это проявление Единства всего лишь преградой — барьером, призванным остановить атакующих, задержать. Правда обнаружится позднее — если останутся те, кто сможет её обнаружить.

Но Безымянный не собирался ограничиваться созданным плетеньем, хотя образование формы и отняло у него немало сил — он был слабым плетельщиком и даже такая относительно простая вещь, отнимала чуть ли не все! — но он не мог остановиться, не мог позволить себе отдохнуть. У Ко`вра-те, к сожалению, был один, но очень существенный недостаток: она реагировала на любое воздействие, — будучи неспособной накапливать мощь удара, — и тут же возвращала его. Безымянному же нужен был долговременный эффект, потому он, сразу же после установления плетения, вновь погрузился в Ми`Ру. «Чиаман» — эта форма, в отличие от Ко`вра-те была хорошо известна. Разработанная в незапамятные времена, она являлась одним из самых распространенных «резервуаров» — плетений, предназначенных для накопления поступающей извне, не узконаправленной энергии. Не имея собственной «точки выброса», Чиаман чаще всего привязывался к другому плетению и служил ему в качестве внешнего источника энергетической подпитки — в данном случае, для Ко`вра-те. Когда техники попытаются проникнуть внутрь лифтовой площадки, они наверняка используют не только физическую силу но и оружие, энергия от воздействия поступит в Чиаман. Переполнившись, резервуар отдаст всю накопленную «силу» Ко`вра-те — и тогда… Вихрь разрушения, сметающий всё на своём пути, пронесется по коридору, покупая для своего творца время.